Классика

86 >

бояр своего стана и тогда-де конец морозовскому царству и всех его ближних.
     - Сказывают, уже гонцов по невесту погнали куда-то - в Касимов, что ли,
- добавил Первушка. - И будто невеста та краше всех на свете...
     - Они -  в Касимов, а ты скорым делом сбирайся скакать в Переяславль, -
приказал Петр Тихонович. - Собирайся без мешкоты. Вот письмо тебе припасено.
Отвезешь столбец дворянину Илье Даниловичу Милославскому{95}. Две дочки его,
одна другой краше...
     "Вот ты,  Первуня,  и царский сват!" -  подмигнув, пробормотал себе под
нос Первушка и быстро собрался в дорогу.
     В  заезжем дворе под Коломной в одном из заночевавших проезжих Первушка
признал романовского холопа  Митяйку Носатого,  лихого  задиру и  зубоскала.
Митяйка был не по обычаю молчалив и важен.
     - Доброго здоровья. Куда держишь путь? - степенно спросил он Первушку.
     - В Перьяславль Рязанский, - ответил Первушка. - А ты?
     - Стало, вместе поскачем: мне путь на Касимов.
     У Первушки екнуло сердце. Он понял сразу, с каким делом ехал Митяйка.
     И когда гонец Романова заснул, Первушка, не дожидаясь утра, расплатился
с  хозяйкой  и  тут  же  помчался  дальше  в  темной  синеве  зимнего,  едва
брызнувшего рассвета.
     "Пока что,  а мы вперед на своей поспеем женить государя!" -  думал он,
погоняя коня...


4

     - Обрал? - спросил стольник Никифор Сергеевич Собакин у матери.
     Марья Собакина только что возвратилась из царского дворца,  где в  этот
день  происходили смотрины невест.  Двести  красавиц свезено  было  со  всех
концов во дворец.
     - Шестерых обрал,  -  сказала  старуха,  с  тяжелой  одышкой садясь  на
скамью.
     - Куда  ж  шестерых?!   Не  петух,  прости  господи,  государь  Алексей
Михайлыч! - удивленно воскликнул Собакин.
     - Дурак!  Поутру еще будут смотрины,  тогда одну оберет.  Сколь хлопот,
сколь хлопот!  - вздохнула старуха, словно на ней одной лежало тяжелое бремя
собрать всех невест, помочь царю в выборе и женить его.

Следующая

86 >