Степан Павлович Злобин. Остров Буян -
60 >
часть работы, тем более что Кузя делал это с ним вместе охотно. Ребята
вдвоем выписывали все те же и те же травы и листья, изредка отступая от
привычного узора.
Как-то раз Кузя пустил на блюде по кругу вместо цветов слова из
молитвы: "Хлеб наш насущный даждь нам днесь".
"Хлеб-соль ешь, а правду режь", - вывел Иванка на другом точно таком же
блюде.
Прохор Коза продал блюда. И в следующий раз наказал ребятам расписывать
блюда грамотой. Грамота была ему самому недоступна, как была она дивным
искусством и для покупателей посуды. Но покупатели потянулись к этому
хитрому новшеству, сами спрашивая "грамотных" блюд.
"Яко насытил еси земных твоих благ", - написал Кузя на хлебнице.
"Дал бог зубы, даст и хлеба", - написал Иванка на своей.
"Взгляните на птиц небесных - не сеют, не жнут, а сыты бывают", - вывел
Кузя на миске.
Слава о новой затее псковского горшечника прошла по торгу и дошла до
монахов. Игумен Мирожского монастыря{66} прислал к Козе монастырского
трудника{66}, наказав явиться к нему.
Прохор Коза воротился домой из монастыря довольный. Он получил от
обители заказ изготовить на монастырские нужды разной посуды, украсив ее
"молитвенными и добрыми речениями".
Истома и Прохор хвалили ребят за хорошую выдумку.
- От дедов и прадедов брали приклад на узоры и травы. Чаяли, так и во
веки веков все правнуки будут суда узорить, ан мудрецы наши вона чего
умудрили!
И Кузя с Иванкой гордились своей выдумкой.
Ни Коза, ни Истома не могли уже помогать им в этой работе, и Коза,
несмотря на то что в порядной записи не было сказано ничего об уплате Иванке
раньше пяти лет, стал платить ему деньги.
- Вот и кормилец возрос тебе, мать! - приговаривал довольный Истома.
- Совесть в Прохоре есть - живой души человек: никто с него не спрошал,
а он добром деньги малому платит! - удивлялся он честному обычаю Козы.
Прохор Коза запускал свой волчок с утра до ночи. Ему помогал Истома, а