Степан Павлович Злобин. Остров Буян -
42 >
Иванке было семь лет, когда родился у него братишка, которого в память
пропавшего брата назвали Федей. Иванка бы огорчился его рождением, если бы
ему пришлось опять начинать сначала "сороку-ворону" и погремушку, но тут как
раз перед самым рождением Федюньки явилась в дом бабка Ариша...
После рождения Федюньки Авдотья занемогла. Больше года она была не в
силах подняться, хотя, по совету знахарок, Истома выпрашивал для нее у
попадьи то сала, то меду, а бабка настаивала ей разные "добрые" травы...
Для охраны Немецкого двора и самого Завеличья невдалеке от Пароменской
церкви, где звонарил Истома, жило с десяток стрельцов{48}. Дом стрелецкого
старшины Прохора Козы находился позади церкви. Стрельцы редко
довольствовались царским стрелецким жалованьем. У каждого из них было свое
хозяйство, свой промысел, ремесло, которое помогало кормиться. Прохор Коза
был горшечник. Истоме везло на соседей-горшечников. За рубежом у него тоже
был горшечник сосед - Васька Лоскут, поиски которого привели Истому с семьей
к несчастьям и бедам. Чтобы не голодать, Истома смолоду работал на Лоскута,
узоря блюда и кувшины. Теперь он стал брать работу у соседа-горшечника
Прохора Козы.
Работая сам, Истома стал приучать к работе и старшего сына Первушку.
Когда Истома с Первушкой работали красками, Иванка глядел завистливым
взглядом. Истома, заметив это, подбодрил его:
- Ну, ну, попытай.
И обрадованный Иванка взялся за работу.
Работа была без выдумки. Истома знал всего пять старых узоров - листья
да огурцы, петушки, да кони, да розаны. Еще пяток узоров из тех же огурцов,
петухов да розанов, расположенных на иной лад, делал сам Прохор Коза.
Покупатель эти узоры любил и не желал других.
Первушка делал все аккуратно, во всем подражая отцу, не отступая ни в
точке, ни в черточке, Иванка же с первого раза стал мазать на свой, на
особый лад.
- Не так, - поправил Первушка.
- Мой лучше! - заспорил Иванка.