Степан Павлович Злобин. Остров Буян -
10 >
- А что же Васька, богат стал, что бросил торг?
- Неволей бросил, - воровски оглядываясь, тихо сказал горшечник.
- А где он живет-то? - осторожно спросил встревоженный Истома.
- Почем я знаю! Плати да иди! Я что за справщик!
Истома прислонил выбранное блюдо к стопке других, чтобы сделать вид,
что шарит за пазухой деньги. Вдруг блюдо скользнуло наземь и раскололось.
- Эх, ты! - сочувственно укорил гончар. - Вот и плакали твои денежки!
- Вот беда! А я их и не взял! - Истома постарался сам удивиться тому,
что при нем нет денег.
- Как так?
- А так: я их у бабы оставил.
- Чего же ты душу морочил?! - закричал продавец.
- Я думал...
- Думал ты! Думный дьяк какой! Думалку бы нажил сперва! Плати за бой! -
наступал на него парень.
- Да я что ж, постой, вот сбегаю... - уговаривал Истома.
- Много вас таких "сбегаю"! Скидывай зипун!
Это рассердило Истому. Он уперся. За зипун он мог купить дюжины три
таких блюд...
- Скидывай, скидывай! - голосил гончар.
Прохожие стали оглядываться. Истома испугался.
- Да что ты, что ты шумишь! Снимаю! - забормотал он, неловко, дрожащими
руками стягивая рукава.
- Что стряслось? - спросил один из толпы горожан.
- Блюдо разбил, - хотел пояснить Истома, - ненароком.
- Что блюдо!.. Про Ваську Лоскута пытает, - перебил торговец, - а
Ваську вечор по указу свели в тюрьму... Я так мыслю, что и его бы за
пристава сдать...
Истома подумал о бегстве, но вокруг сомкнулся народ, и уйти было
некуда.
Торг окончился. Одну за другой отвязывали хозяева лошадей, и отъезжали
телеги. Наконец на опустевшей площади Авдотья с ребятами осталась одна
дожидаться мужа. Истома не приходил.
Авдотья тревожилась...
Отблаговестили ко всенощной, и народ повалил в церкви. Солнце садилось.
Галдя, пронеслись вечерние галочьи стаи. Часы на башне били, еще, еще и
еще...
Оторопь вдруг охватила Авдотью. Она тяжело слезла с телеги и стала