Степан Павлович Злобин. Степан Разин. Книга вторая -
90 >
мальчишки отражала надменный нрав его самого. Преждевременно тяжеловатое, не
по возрасту полное тело Федора словно вросло в седло.
- Слезь, неладно, - лишь для порядка повторил воевода.
- Худородны они еще - нам перед ними слазить!.. - ответил Федор.
И только тогда, когда князь Семен с офицерами подошли вплотную и
поклонились, боярин спешился перед ними, и в то же время спрыгнул с коня
Федор.
От берега подходил, поддерживаемый священниками, дряхлый митрополит.
Боярин впереди всех пошел навстречу ему и преклонил колена на береговой
песок, сняв свою высокую боярскую шапку, надетую для сегодняшнего торжества.
За воеводою опустились на колени князь Львов и другие русские начальники.
Иноземные офицеры слегка отошли к стороне. Митрополит благословил воевод и
передал икону Кошкину, взяв ее из рук священника. Прозоровский принял знамя
от Михайлы и вручил его Львову.
Не вставая с колен, Львов и Кошкин поцеловали край знамени.
- Сим победиши! - напыщенно сказал боярин князю Семену.
В тот же миг, едва Семен Иванович принял знамя и встал с колен, на
стругах ударил салют из пушек...
Берег вздрогнул. И вдруг, словно отзвук, отгрянул салют с корабля,
стоявшего в полуверсте от города, борта корабля мгновенно окутались
пороховым дымом.
На стругах заиграли накры {Прим. стр. 91}, сопели и трубы.
Князь Семен, неся принятое от Прозоровского знамя, благословляемый
митрополитом, направился к своему головному насаду. По сторонам князя шли
двое стрелецких сотников, за ним - остальные начальные люди и несколько
человек сопельщиков, играющих на сопелях.
Взоры всех были устремлены на совершавшееся торжество, на пышное
облачение митрополита, митра и посох которого под утренним солнцем сверкали
рубинами и алмазами, на новое, тяжелого шелка, знамя с золотыми кистями, на
князя Семена, шествующего со знаменем, и никто не заметил черную телегу, что
выехала из городских ворот вслед за воеводой. Телега была накрыта