Степан Павлович Злобин. Степан Разин. Книга вторая -
81 >
- А может, и коновала, как знать! - отшутился Тимошка.
- Да постой, погоди! А батька твой скоро ль к нам будет? Письма не
прислал? - добивался посадский.
- Я и сам письмо! - возразил Тимошка. - Батька наскоре будет!
Он зашагал прочь решительным, быстрым шагом.
Первый посадский осторожно мигнул второму.
- Ты ведаешь, кто купец? Батькин сын!
- А кто батька?
- А батька его - всем батькам батька!.. Слышь, в Астрахань скоро
будет...
Второй выразительно поглядел в глаза первому.
- Ну?!
Тот значительно подмигнул:
- Вот то-то!
- Идем за ним! - вскинулся молодой.
Шапка-кабардинка с галуном мелькала в базарной толпе. Парень не
обманул. Вот он поднялся на крыльцо кабака. Будто на поводу, посадские
потянулись за ним...
В ту же ночь оказались прилеплены на столбах по городу "возмутительные"
письма.
На столбе у места торговых казней, по письму у градских ворот, по
письму по торгам, на крыльце Приказной палаты, у земской избы, у соборной
церкви, на воротах у воевод Прозоровского и Семена Львова и у всех
стрелецких приказов...
"...А велю я вам, понизовским всех званий людям, бояр-воевод побивать,
и голов, и сотников, и дьяков, и ябед да обирать себе атаманов казацким
обычаем, кого похотите сами, - читали толпами вслух, прежде чем воеводские
сыщики, земские ярыжки и стрелецкие сотники были посланы отрывать со столбов
эти письма. - А буду я к вам, астраханские люди, наскоре, и вы бы мне добром
ворота отворили, а кто с боярами заедино станет силен, и тому боярская доля
- топор да веревка..."
Воевода вызвал в Приказную палату тощего, длинного пропойцу, площадного
подьячего Мирошку Зверева.
- Что за слух по торгам?
Подьячий переломился в поклоне.
- А слух, воевода-боярин, таков, что купеческий сын объявился. А будто
по правде он не купеческий сын, а Стенькин сын, а Разина-вора. Ходит, коней
у татар торгует на целую рать. Смущает стрельцов уходить на Дон да письма