Степан Павлович Злобин. Степан Разин. Книга вторая -
7 >
я конопли стану сеять. Надо пашню пахать.
- Там ведь озими, батюшка князь! Рожь у них поднялася!
- Мне ржи не надобно больше! - повторил князь Федор. - Зеленя покосить
для скота, свезете ко мне во двор, а землю вспахать, и льны да конопли
станете сеять...
Крестьяне никак не могли понять. Думали, что послышалось. Одоевский в
третий раз повторил, что на покинутой беглецами земле решил зеленя покосить
и посеять заново льны.
- Да что ты, боярич! Как же порушить-то хлебную ниву! Ить рожь-то
какая! Ить хле-еб!.. - заговорили крестьяне. - Да беглый не беглый, а как их
семейки без хлеба станут?! Семейки-то дома!..
- Смилуйся, батюшка князь! Федор Никитич, голубь! - взмолилась
Христоня, жена одного из беглых, усердно работавшая на боярщине вместе с
другими. - Робята у нас остались! - закричала она, когда наконец поняла,
чего хочет Одоевский.
- И мы-то не звери - хлебную ниву на всходе ломать! И бог нам такого
греха во веки веков не простит! - откликнулся дед Гаврила, стоявший ближе
других, чтобы лучше слышать, и державший ладонь возле уха.
Но Одоевский был непреклонен. Он заметил, что Михайла Харитонов ни разу
не подал голоса вместе с другими в защиту полей, покинутых беглецами.
- Мишанька! - позвал князь.
Богатырь верводел, все время угрюмо молчавший, с косой на плече шагнул
из толпы.
- Ступай-ка косить зеленя! - сказал князь.
Михайла молчал и не сдвинулся с места.
- Кому говорю! - грозно воскликнул Одоевский.
- Глупое слово ты молвил, князь, и слушать-то тошно! - спокойно ответил
Михайла. - Кто ж хлебную ниву без времени косит?! Гляди, поднялась какова!
Что добра-то губить!
- Не пойдешь? - с угрозой спросил Одоевский.
- Не пойду.
- Снова к бате в Москву захотел?!
- Не стращай-ка, боярич. Ить я-то не полохливый! - усмехнулся Михайла.
Одоевский рассвирепел. Левый глаз его убежал в сторону, кося на
злосчастные зеленя, правый в бешенстве озирал безмолвную и непокорную толпу