Степан Павлович Злобин. Степан Разин. Книга вторая -
52 >
Тепличну клубнику павлинам скормила, проклятая баба!..
Наскоро похлебав, торопя за собой брата и сына, воевода вышел во двор.
Конюх торопливо разбирал дрожащими пальцами конскую гриву, выплетая
одною рукою тесьму, другой проводя гребешком по волнистому волосу.
- Сказывал, с вечера заплетать для волны, - строго сказал воевода.
- Ей-богу вот, с вечера... - заикнулся конюх.
Боярин ударил его в подбородок серебряной рукояткой плети.
- Божишься еще!..
- Прости, осударь боярин, проврался! - на коленях воскликнул конюх,
зажав окровавленную бороду.
Вереница конных помчалась от воеводского дома: четверо стремянных
стрельцов, два конюха с заводными лошадьми, воевода с братом и старший сын
воеводы Федор, одетый в платье стрелецкого сотника.
По пути сам боярин ударил плетью в ставень князя Семена Иваныча Львова.
В ту же минуту стольник Семен выехал из ворот своего дома в сопровождении
одного холопа.
- Слыхал, Семен, вести? - спросил воевода.
- Слышал, боярин. К тебе было выехал...
- Отколе прознал?
- Лазутчик меня взбудил час назад, пришел на ладье с верховьев...
- Где лазутчик?
- Угнал назад, воевода боярин...
В Приказной палате они замкнулись. Боярин развернул на столе чертеж
Московского государства, и все склонились над ним.
- Писать царицынску воеводе, тотчас дал бы вести в Казань голове
Лопатину, чтобы нам разом с ними ударить. Лопатин с верховьев погонит воров
к низам, а мы снизу досюда вот, к Черному Яру приспеем. Тут бой, - указал
Прозоровский, ткнув пальцем в Черный Яр. - Согласен, Семен Иваныч?
- Поспеть бы, боярин!
- Как струги? - обратился боярин к брату.
- Поедем глядеть. Должны завтра готовы быть.
- Четыре тысячи наших стрельцов да тысячи две у Лопатина будет.
Пушечный бой у нас сильный... Как хочешь, Семен, а разом добить воров надо.
Живем, как в какой-то орде: кто хочет, тот скочит!.. - говорил воевода. -
Кого на бою не побьешь, того вешать. Пущим заводчикам головы сечь али