Степан Павлович Злобин. Степан Разин. Книга вторая -
24 >
сушили сухари...
В степях по холмам маячили дозоры, и сторожевые станицы спрашивали
прохожих, проезжих - куда, зачем, по какому делу. Из Черкасска проход ладьям
по Дону и по Донцу был закрыт...
Для отвода глаз Степан выслал дозоры в азовскую сторону, словно в
разведку дорог. Среди казаков пустили слух, что Разин готовит поход на Азов.
Разин выступил из Кагальника на другой день после Тимошкиной свадьбы.
Степан Тимофеевич не хотел отрывать его так скоро от Насти и не велел ничего
ему говорить о походе. Тимошка спал, когда ночью разинцы вышли в речной
поход на Черкасск, но не успело солнце подняться еще и к полудню, как с
правого берега Дона послышался крик:
- Ба-атька-а! Бесстыжи глаза! Что ж ты сына покинул?!
Тимошка нагнал их по берегу на коне и ни за что не хотел вернуться. Так
он и остался в Черкасске.
- Только женился - и бросил жену! - укорял его Разин.
- Али, батька, я у тебя хуже всех казаков? Как отстать?! - говорил
Тимошка, берясь за прежнее дело - за атаманское кашеварство.
- Батька, пора ведь и мне в поход! - сказал он, когда устроил спать
челобитчиков и вернулся к Степану.
Разин взглянул с усмешкой на юного казака.
- Куда тебе в путь, кашевар женатый?
Тимошке шел уже двадцатый год, но борода все еще не росла на его щеках
и черные торчащие усики по-прежнему казались в шутку наклеенными на детское,
простодушное, лукавое лицо, по-детски лежали гладкие, расчесанные, прямые
темные волосы, по-детски задорно глядел слегка вздернутый нос, и твердая
взрослая решимость его речи всегда вызывала усмешку Разина.
- В Астрахань ты обещал меня выслать, как станешь сбираться, - сказал
Тимошка.
- А кто же сказал тебе, что я туды собираюсь? - спросил атаман.
- Я и сам ведь знаю! - дерзко ответил Тимошка.
- Чего же ты знаешь, скажи?
- А того и знаю: Черкасск ныне наш - стало, Волгу пора забирать, чтоб
велико казацкое войско строить.
- Ишь ты! А потом? - поддразнивал Разин.