Степан Павлович Злобин. Салават Юлаев -
92 >
- Бежим!.. Айда, айда, торопись! - прохрипел он, сильной рукой увлекая
Салавата мимо Салтана в конюшню, через двор.
Там, живо вскочив на коней, пустились они наутек в виду солдат,
кричавших им вслед: "Стой! Стой! Стой, что за люди?!"
Совместное бегство от общей невзгоды связало Салавата с безносым
товарищем, беглым каторжником, по прозванию Хлопуша.
Все то, что рассказал Хлопуша о лесных людях, представлялось теперь
живым в глазах Салавата. Он знал, что значит охота на красного зверя, как с
убитой дичины снять десять шкур и почему лихому охотнику нужно не менее двух
голов на плечах.
Вначале, когда судьба столкнула его с Хлопушей, Салават не думал, что
сможет остаться с русскими лиходеями и разбойничать по лесам. Отдышавшись от
первого бегства, в котором он потерял свою лошадь, сломавшую ногу, и спасся
лишь за седлом Хлопуши, Салават попросился сойти на перекрестке дорог.
- Ты что? - удивленно спросил по-татарски Хлопуша.
- Мне не туда.
- А куда же?
- Во-он туда! - указал Салават на полдень, слегка к закату.
- Кто же там у тебя?
- Турецкий султан, - сказал Салават.
Бежать к султану было мечтой, которую мулла внушал своим ученикам.
Страна, где царит Коран Магомета, где шариат{129} - верховный судья и сам
султан исповедует, как последний нищий, веру пророка, - эта страна казалась
мулле земным раем, легендой... О людях, бежавших к султану, рассказывали как
о счастливцах, чудом попавших живыми на небо.
Салават в раннем детстве еще слыхал от муллы рассказ, как один из
братьев его деда бежал к султану, стал там богат и знатен. В одном из
больших городов он держал на базаре лавку, где торговал шербетом и фруктами;
он был в милости у самого султана, а когда началась война с русскими, убил
сто гяуров и пал на "прямом пути", завещанном правоверным словами Корана...
Каждый раз султан посылал денег на восстания башкир против русских
царей, чтобы вести войну во славу ислама. Они не замечали только того, что