Степан Павлович Злобин. Салават Юлаев -
75 >
на взгляд она была холодна, а по течению ее все чаще неслись золотистые и
багряные листья деревьев.
На пушистых султанах сухого осеннего ковыля по утрам блестели
мельчайшие капельки инея, и туман по воде расстилался долго - почти до
самого полдня. Все говорило о том, что пора на зимовье.
Настал и последний день, когда на арбы, груженные добром, сложили
войлоки кошей, согнали тысячные гурты овец и молодые жягеты с арканами на
лучших конях выехали перегонять табуны на другой берег...
В пустынных улицах покинутого аула все было знакомо и все поросло
высокой, не щипанной летом травой, все одичало... В жилищах пахло плесенью,
сыростью, пылью, с крыш текло в избы, в первый раз затопленные печи дымили
со всех сторон, плетни пошатнулись...
Женщины мыли, скребли, чистили, мужчины месила глину, рубили сучья,
голодные в суматохе собаки дрались... Кто-то спугнул у себя во дворе лисицу.
Кто-то нашел у себя в избе гнездо воробьев...
Старшина и Салават с тюками овечьей шерсти, с кожами и шкурами
собрались выехать в русскую деревню, чтобы сменять все это добро на хлеб.
Салават уже не в первый раз ехал с отцом к русским. Каждую осень Юлай
привозил к соседям свои товары и увозил два-три десятка мешков зерна,
два-три ножа, топор, железные наконечники к стрелам, а иногда даже свинец и
порох для старинного ружья, с которым любил он охотиться и которое прошлой
зимой разорвало от выстрела.
Все эти товары были запретны для торга с башкирами. Русские, продавая
их Юлаю, сами подвергались опасности быть наказанными. Один раз был наказан
плетями веселый кузнец Ванька, который делал башкирам ножи и железные
наконечники стрел. В другой раз увезли в тюрьму человека, который продал
башкирам дешевую соль. Говорили, что солью торгует только сама царица{110}.
Она представлялась тогда Салавату сидящей на возу с железным
ведерком...
На этот раз один русский знакомец обещал Юлаю новое ружье, свинец и