Классика

74 >

     И в самом деле,  прошел день,  другой, третий. Салават с товарищами все
время  держали  разъезды между  кочевьями и  зимовкой;  с  затаенным сердцем
высматривали они,  не  появятся ли  снова строители возле своего разоренного
стана,  но  вырубка  была  пустынна,  раз  только  заметили лисицу,  которая
по-хозяйски копалась в куче отбросов, сваленной русскими.
     Прошла неделя и две недели...
     - Я  говорил,  атам!  -  торжествовал Салават.  -  Их  только не  нужно
бояться. Они успели уже забыть те времена, когда среди нас были батыры. Я не
зря  натянул лук  Ш'гали-Ш'кмана...  Вот  близится осень,  и  мы  придем  на
зимовье,  и дома наших дедов не залиты водой.  Мы будем в них жить, как жили
отцы.
     Удивительно было  для  всех,  что  купец так  легко отступился.  Многие
верили в то, что лук Ш'гали-Ш'кмана таит в себе волшебную силу и удача будет
всегда  сопутствовать удальцу  Салавату.  Особенно верила  в  это  молодежь,
бывшая с Салаватом в набеге.
     Громко звенела во всем юрте песня:

                 С соболем шапка зеленого цвета -
                 Вот Салавата-батыра примета.
                 Спросите: "Скольких же лет Салават?"
                 Батыру пятнадцати лет еще нету...


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

     Круговой путь,  совершаемый за лето кочевьями,  подходил к  концу.  Еще
один переход -  две недели кормежки скота - и пора на зимовье. Травы желкли,
все чаще лились дожди,  и кошмы, не высыхая, пропахли кислым запахом прелого
войлока.   Кобылы  начали  убавлять  молоко,  молодые  барашки  повыросли  и
выглядели как  взрослые овцы,  зато  выросли и  молодые волчата и  вместе со
старыми волками врывались в  табуны и  в  отары  овец,  принося опустошение.
Пастухи и собаки не спали в эти темные осенние ночи.
     Охотники с  соколами и орлами тешились в редкие ясные дни удалой охотой
на  отлетающих уток,  гусей и  журавлей.  Вода в  реках становилась особенно
глубокой,  когда в ней отражалось бездонное густо-синее осеннее небо, и даже

Следующая

74 >