Степан Павлович Злобин. Салават Юлаев -
28 >
Салават подбросил сучьев в костер, прилег на прежнее место. И, как это
часто случалось, в голове Салавата родились и полились из груди слова новой
песни:
Над скалами ветер веет,{62}
Никто на них влезть не смеет, -
Там гнездятся только хищные орлы,
Там детей выводят грозные орлы.
Песня понравилась Салавату, и он громче и вдохновеннее, с каждым словом
смелее, ее продолжал:
У нас отваги немало -
Трое взобрались на скалы,
Там на нас напали грозные орлы,
В битве с нами пали грозные орлы.
Двоих насмерть мы убили,
Двоих живыми пленили...
Эй, встречайте нас в ауле веселей,
Эй, тащите нам барашков пожирней!..
- Баран готов? Эй, певец! - крикнул Хамит. - Готов, что ли, баран? Нас
песнями не накормишь!
- Проспали! Я съел и косточки проглотил!
- Я тоже сожрал бы с костями и с шерстью, - засмеялся Хамит.
- Еще бы, глядите - уж полдень! - указал на солнце Кинзя.
Салават раскидал костер. Земля под ним была черная, и от нее подымался
душистый пар.
- Сейчас мы будем есть батырского барана, - важно сказал Салават.
- Почему батырского? - в один голос спросили Хамит и Кинзя.
- Когда настоящие батыры идут в поход, они не берут с собой котла,
чтобы варить салму, пекут барана вот так - в яме. Этому научил людей
Аксак-Темир{63}. Он был большой батыр, который провел жизнь в походах, -
пояснил Салават.
Он вынул кинжал и скинул тонкий пласт золы и земли, прикрывавший
барашка. Вкусный, дразнящий пар вырвался из ямы клубами.
"Летучий баран" оказался им очень кстати. Косточки его смачно
похрустывали на зубах у охотников. Однако, расправившись с целым ягненком,
мальчики до того почувствовали тяжесть в животах, что тотчас же опять все
уснули.
Когда после крепкого безмятежного сна они снова проснулись, занималась