Степан Павлович Злобин. Салават Юлаев -
19 >
тропинкой в гору, всадник чуть придержал коня и прислушался. Впереди
топотала другая лошадь, скрытая за извилистыми поворотами горной тропы.
- Кинзя-а! - крикнул всадник.
- Эге, Салават! - отозвался его товарищ, ехавший впереди по тропинке.
Над ухом жеребчика повелительно свистнула плеть, он рванулся,
замелькали навстречу кусты, посыпались камни из-под копыт под кручу, и вот
уже всадник нагнал второго. Обоим товарищам было лет по четырнадцать. Они
были почти одинаково одеты, в сермяжные чекмени, обшитые красной тесьмой, в
лисьи шапки и белые с сермяжными голенищами сапоги. За плечами у того и
другого было по луку и по полному колчану стрел, но ехавший впереди Кинзя
был не по-юношески толст и приземист, а Салават строен и не по возрасту
высок и широкоплеч.
- Ты засоня и суслик, а, видно, сон потерял сегодня - так рано вскочил!
- сказал Салават. - Совсем не ложился, что ли?
- Хамит еще раньше вскочил. Я давно уже слышал, как он впереди поет.
- Слишком рано приехать тоже ведь не годится, - возразил Салават. -
Старики орлы увидят опасность да вовсе не вылетят из гнезда.
- Хами-ит! - закричали товарищи.
Третий друг откликнулся сверху пронзительным свистом. И вот вдогонку за
ним поскакали они по извилистой горной тропе.
Туман остался теперь далеко внизу, скрыв от глаз всадников родное
кочевье. Солнце еще не взошло, но утро уже светилось в траве и на листьях
деревьев ожиданием праздничного мгновения, когда на вершины гор брызнет
первый сверкающий луч. Радость грядущего дня, его безмятежное ликование
отражались и в юных взорах друзей. "Какая веселая и хорошая жизнь!"
Скачки на незаседланных лошадях, купание в стремительных горных речках,
охота за барсуками, травля соколом тетеревиных выводков и перепелок по
степям и погоня на лошади за лисицей только с одной плеткой в руках - все
это были их общие забавы. По обычаю, каждый из этих мальчиков в трехлетнем
возрасте посажен был своим отцом на седло, а в семь лет умел уже сам