Степан Павлович Злобин. Салават Юлаев -
13 >
сердце.
Кара-Сакал задумался и долго молчал. Но вот встал он и стал выше ростом
на целую голову.
- Малай! - сказал он гневно. - Кто должен бежать? Я - воин, а не баба!
Я - хан! Кто предаст меня? Уже воины отца моего подходят к Уралу. Их
восемьдесят тысяч! Только две дороги башкир еще не пристали ко мне, и они
будут наши! Русский начальник лжет, что война с турками кончена, и двуглавый
урод с гяурского знамени{42} своими крыльями не заслонит полумесяца на
зеленом знамени пророка! Я поведу свой народ к победе и славе!..
Еще за несколько мгновений до того я готов был убить раба Миндигула,
теперь я отдал бы за великого хана три жизни, если бы аллах даровал их мне.
Нож выпал из моей руки. Передо мной стоял не раб бухарского купца - это был
великан-батыр.
- Карагуш, - сказал я. - Хан башкир!..
И я опустил глаза в землю.
Кара-Сакал усмехнулся.
- Я - карагуш, а ты - мой младший брат. Подыми свой нож.
Он взял лук. Долго выбирал стрелу в колчане. Наконец выбрал лучшую,
вышел из коша, натянул тетиву до отказа и спустил первую вестницу Азраила в
лагерь гяуров. А я крикнул:
- К оружию! К оружию!
Мы сражались. Это был первый бой с русскими, и они отошли под нашим
ударом.
В эту ночь к нам прикочевали с женами и детьми еще три юрта башкир -
Табынский, Кубеляцкий и Катайский - и еще приехали вестники от двух юртов -
Киргизского и Дуванского - и сказали, что вот освободятся ущелья от воды и
они придут к нам.
Сила наша росла...
Но русские тоже не дремали. Хотя они и лгали про мир с турками, но у
царицы было множество воинов. Она прислала на нас казаков с Яика и с Днепра
- реки, которая течет далеко к закату, и она прислала много солдат и пушек,
и вот еще не успели очиститься дороги от воды в горных лощинах, еще не везде
растаял снег, а победа изменила нам.
Велик аллах в гневе и в милости!
Русский командир Языков напал на нас с казаками и солдатами, другой
командир, Арсеньев, пришел на помощь ему, а нас оставил аллах.