Степан Павлович Злобин. Салават Юлаев -
11 >
денег на войну против гяуров. Это не я стал ханом, а он. Моя молодость
темная, и никто не знает меня. Аланджянгула знали все. "Как простой башкирин
станет ханом? - сказал он мне. - Другие тоже захотят!" А меня никто не знал.
Я не знатен. Я был в Турции и на Кубани. Я воевал с кайсаками, и они продали
меня в Бухару, где я был рабом. Когда я вернулся, моя речь стала не похожа
на нашу родную речь: я говорил как чужеземец. Аланджянгул приютил меня и
взял к себе в пастухи. Я жил с его овцами в бедности. Хозяин дал мне калым,
чтобы я мог жениться. За этот калым я сделался его вечным покорным рабом.
Его должник, я не смел ослушаться хозяина. Аланджянгул заставил меня
назваться ханским сыном, и я назвался. Я отдавал приказы народу. А сам
Аланджянгул повелевал мной. Он угрожал мне смертью, и, если бы Зиянчур и его
кунаки не следили за мной, я бы убил его год назад, потому что я не хотел
быть ханом. Теперь для меня уже нет пути назад. Аланджянгул попал к гяурам,
и я остался ханом башкир. Так хотят башкирские баи. Им все равно, кто
поведет за них наш народ. Им нужна свобода, чтобы торговать с хивинскими и
бухарскими купцами. Новая крепость преградит пути для дешевых товаров. Когда
у царицы была война с турками, мы восстали. Теперь война кончена. Русские
начальники говорят, что все воины, сражавшиеся с турками, идут против нас.
Они грозят истребить всех башкир.
Я видал недавно, как карга клевала издыхающую крысу. Крыса вздрагивала,
а карга спокойно наслаждалась, выклевывая ей глаз. Карга - это царица, а
крыса - башкиры. Урусы выклюют наши глаза и нашу печень! Я был раньше рабом
бухарского купца, и я был после рабом своего советника Аланджянгула. Я не
был никогда повелителем и не умел быть им, хотя умею быть воином и сумею
умереть под знаменем ислама.
Аланджянгул пропал, и я не рад этому, хотя хотел его смерти год назад.
Теперь Азраил простер меч свой над нашим народом...{41}
Когда хан замолчал, в ушах моих заскулила укорами кровь убитого брата,