Степан Павлович Злобин. Степан Разин. Книга первая -
27 >
охватила их. Многие думали уже: хорошо ли к походу подкованы кони, какую
взять ратную сбрую, какой мушкет. Другим представлялась степная дорога, а
иным - даже битва.
- Браты донцы! - сказал, вновь поднявшись, Боба. - Слыхали вы письмо
нашего батьки Хмеля. Молим у вас допомоги не для себя - для заступы за
русскую землю и веру, за наших малых детишек да женщин!
- Молим у вас! - повторили за Бобой и все запорожцы.
- Не басурманы! Чего нас молить?! Все поедем! - выкрикнул Разя.
- Всем Доном вздынемся разом!
Шумный и возбужденный говор поднялся между донских казаков. Иные из них
уже вскочили и двинулись к Бобе. Но войсковой атаман, негромко крякнув и
тяжело опершись о край стола, поднялся, и казаки опустились снова по своим
местам. Взгляды всех уставились на Корнилу. Плечистый и рослый, он снял с
головы кудрявую шапку, движением широких плеч и локтей отбросил за спину
крылатые рукава и острым взором обвел собравшихся.
- Братцы наши родимые! Запорожцы! - начал Корнила Ходнев. - Сердце
рвется, как слышим про ваши печали! Вот сам бы сей час не стерпел - да и
ногу в стремя. Эх, и порубали бы мы тех нечистых панов!.. Али не хватит у
нас добрых рубак?! - обратился Корнила к своим землякам.
- Забыли враги, каковы у нас вострые сабли!
- Поднимемся - пух полетит от проклятых!
- Геть панщину з Украины! Сбирайся, братове! - зашумели в ответ атаману
казаки, вскочив со своих мест.
Корнила легонько стукнул брусем по столу, давая знак, что еще не
окончил свою речь. Донцы приутихли.
- Сколько есть на Дону казаков - все вам братья! - сказал атаман,
обращаясь опять к запорожским посланцам. - Нынче же мы от себя отправим
станицу в Москву к государю. Станем его молить, чтобы послал нас против
поляков, а тем временем будем точить сабли да коней кормить. И как только
придет государев указ...
- Часу нет ждать, атаман! - перебил Корнилу товарищ Бобы, черноглазый
молоденький Наливайко, с едва пробившимся усом и еще по-детски румяным