Степан Павлович Злобин. Степан Разин. Книга первая -
22 >
помадой свои темные густые усы, вдел в ухо тяжелую золотую серьгу с
изумрудом, накинул на плечи польский зеленый кунтуш с парчовой отделкой на
откидных рукавах, как крылья, лежавших на его широкой спине, прицепил
богатую саблю с драгоценными камнями и взял в руки шелковистую донскую
папаху.
- Корнила Яковлевич! Не идут запорожцы, - возвратясь, сообщил вестовой.
- Сказывают - хлебосольничать нет досуга. Дожидают тебя в войсковой.
- Богато в избу казаков набежало? - осторожно спросил атаман.
- Сошлось-таки, - сообщил посыльный. - Пытают послов - с какими
вестями, а те молчат...
Старый Разя, чтобы не быть навязчивым, заторопил Стеньку.
- Пойдем, сынку, надо спешить в войсковую, покуда там не так еще тесно,
- позвал он.
- Мушкет тут покинь, - сказал атаман Стеньке. - После круга обедать ко
мне придешь вместе с батькой, тогда возьмешь.
Сам Тимофей давно уже не ходил в старшине. Сварливый нравом, он
перессорился со всеми заправилами своей станицы и, сколько ни выбирали его
по станичным делам, каждый раз отвечал, что есть люди умней его и корыстней,
а он-де не хочет лихвы и почета, а мыслит дожить до гроба одной только
правдой.
Но хотя сейчас в войсковой избе созывали сход тайного круга, куда
сходилась лишь должностная старшина, быть среди атаманов и ведать казацкие
дела Тимофею Разе позволяли и возраст, и боевая слава, и то, что в течение
жизни он сам не раз и не два ходил по большим казачьим делам в есаулах и в
наказных атаманах.
Когда отец ушел в войсковую избу, Стенька кормил коней на площади, где
обычно собирался большой войсковой круг - всенародное сходбище. Казаков было
на площади мало. Все столпились в одном конце ее - у войсковой избы,
скрываясь в тени широченных столетних верб, росших возле крыльца и вокруг
всего большого строения.
Мысли Стеньки были о крестном и о родном отце. Он видел, что отец
затаил неприязнь к атаману, когда Корнила посмеялся над поспешностью