М.Н.Загоскин. Рославлев, или русские в 1812 году -
53 >
- Ах, боже мой, боже мой! что мне делать? - вскричал отчаянным голосом
купец. - Я готов дать все на свете, только бога ради, господин смотритель,
отпустите меня скорее.
Смотритель пожал плечами и не отвечал ни слова.
- Вы, кажется, очень торопитесь? - спросил Рославлев, который не мог
без сострадания видеть горя этого почтенного старика.
- Ах, сударь! - отвечал купец, - не под лета бы мне эта к скакать; и
добро б я спешил на радость, а то... но делать нечего; не мне роптать,
окаянному грешнику... его святая воля! - Старик закрыл глаза рукою, и
крупные слезы закапали на его седую бороду.
- Извините мое любопытство. - сказал после короткого молчания
Рославлев, - какой несчастный случай заставляет вас спешить в Москву?
- Да, сударь! - отвечал старик, утирая глаза, - подлинно несчастный!
Господь посетил меня на старости. Я был по торговым делам в Твери; в Москве
у меня оставались жена и сын, а меньшой был вместе со мною. Вчера он занемог
горячкою, а сегодня поутру я получил письмо от приказчика, в котором он
уведомляет, что старшего сына моего разбили лошади, что он чуть жив, а
старуха моя со страстей так занемогла, что, того и гляди, отдаст богу душу.
И докторов призывали, и Иверскую подымали, все нет легче. Третьего дня ее
соборовали маслом; и если я сегодня не поспею в Москву, то, наверно, не
застану ее в живых. Эх, сударь! вы молоды, так не знаете, каково
расставаться с тем, с кем прожил сорок лет душа в душу. Не тот сирота,
батюшка, у кого нет только отца и матери; а тот, кто пережил и родных и
приятелей, кому словечка не с кем о старине перемолвить, кто, горемычный, и
на своей родине, как на чужой стороне. Живой в могилу не ляжешь, батюшка!
Кто знает? Может быть, я еще годов десять промаюсь. С моей старухой я
невовсе еще был сиротою, а теперь... голубушка моя, родная!.. хоть бы еще
разочек на тебя взглянуть, моя сердечная!..
Рыдания перервали слова несчастного старика. До души тронутый Рославлев