М.Н.Загоскин. Рославлев, или русские в 1812 году -
49 >
перемутил всех православных; а этот что за выскочка? Смотри, пожалуй! вишь,
ему жаль нас стало! Экой милостивец выискался! Нет, ребята! Если уж господь
бог нашлет на нас каку невзгоду, так пускай же свои собаки грызутся, а чужие
не мешайся.
- Так, вестимо так, Савельич! Правда, Савельич! - заговорили все
извозчики, кроме Андрея.
- Что ж ты, брат Андрюха, язычок-та прикусил, а? - спросил пожилой
ямщик.
- Что, брат, - отвечал Андрей, почесывая в голове, - оно бы и так, да,
слышь ты, он баил, что исправников не будет и бары-то не станут над нами
ломаться.
- Ах ты, дурачина, дурачина! - перервал старик, - да разве без старших
жить можно? Мы покорны судьям да господам; они - губернатору, губернатор -
царю, так испокон веку ведется. Глупая голова! как некого будет слушаться,
так и дело-то делать никто не станет.
- Что правда, то правда, - сказал один из ямщиков, - нашему брату
нельзя жить без грозы; кабы только прогоны-то были у нас также по полтине на
версту...
- А овес по два рубля четверть? Вот то-то и есть, ребята, вы заритесь
на большие прогоны, а поспрошайте-ка, чего стоят за морем кормы? Как рублей
по тридцати четверть, так и прогоны не взмилятся! Нет, Федотушка! где дорого
берут, там дорого и платят!
- Вестимо, так, - сказал извозчик в армяке. - Да вот что, дядя
Савельич, кабы поборов-та с нас не было?
- Эх, Ваня, Ваня! Да есть ли земля, где б поборов не было? Что вы
верите этим нехристям; теперь-то они так говорят, а дай Бонапарту до нас
добраться, так последнюю рубаху стащит; да еще заберет всех молодых парней и
ушлет их за тридевять земель в тридесятое государство.
- Что ты, дядя Савельич, нас морочишь!.. - перервал с приметной досадою
Андрей. - На что ему забирать чужой народ; у него и своего довольно.
- Довольно, да не совсем. Вот что, ребятушки, мне рассказывал один
проезжий: этот Бонапарт воюет со всеми народами; у него что год, то набор.
Своих-то всех перехватал в некруты, так и набирает где попало.