М.Н.Загоскин. Рославлев, или русские в 1812 году -
33 >
клянусь тебе честью, я люблю их всех, как родных сестер, - так они больно
плакать обо мне не станут. Однако ж послушай, Вольдемар: если уж мы об этом
заговорили, так расскажи-ка мне: как ты влюбился и что такое эта проклятая
любовь, от которой умные люди сходят с ума, а дураки иногда становятся
умнее?
- Ты знаешь, Александр, что я все прошлое лето жил в деревне, верстах в
пятидесяти от Москвы. Около средины лета приехала в мое соседство богатая
вдова Лидина, с двумя дочерьми; она только что воротилась из Парижа и должна
была, для приведения в порядок дел своих, прожить несколько лет в деревне. Я
был уже давно знаком с городничим нашего уездного города, майором
Ильменевым. Как образчик некоторых закоренелых невежд прошедшего поколения,
этот Ильменев мог бы занять не последнее место в комедии "Недоросль", если б
в числе первых комических лиц этой пиесы были люди добрые, честные и
забавные только своим невежеством. Он познакомил меня с родным братом
Лидиной, Николаем Степановичем Ижорским, также изрядным чудаком, который на
Другой же день отрекомендовал меня своей сестре. Ты можешь себе представить,
как я обрадовался, найдя в моих соседках милых, любезных и просвещенных
женщин.
- Да, мой друг, в провинции ты мог себя поздравить с этой находкою.
- Маменька имеет свою смешную сторону, но дочери...
- Что и говорить - прелесть, совершенство!.. А которое из этих двух
совершенств свело тебя с ума?
- Оленька, меньшая сестра, понравилась мне с первого раза более старшей
сестры своей, Полины.
- С первого раза? Следовательно, ты влюблен в старшую? Да что ж тебе
сначала в ней понравилось? Что, она блондинка или брюнетка?
- У обеих сестер голубые глаза; они обе прекрасны и даже очень походят
друг на друга; но, несмотря на это... право, не знаю, как тебе объяснить
различие, перед которым исчезает совершенно это наружное сходство. Оленька
добра, простодушна, приветлива, почти всегда весела; стыдлива и скромна, как