Классика

3 >

мужеством юноши ожидали с нетерпением войны.  Старики покачивали сомнительно
головами  и   шепотом  поговаривали  о   бессмертном  Суворове.  Но  будущее
скрывалось  для всех под каким-то  таинственным покровом.  Народ не толпился
еще  вокруг  храмов  господних; еще  не раздавались вопли несчастных  вдов и
сирот  и, несмотря на турецкую  войну, которая кипела в  Молдавии, ничто  не
изменилось в  шумной  столице севера. Как всегда, богатые веселились, бедные
работали, по Неве гремели народные русские песни, в театрах пели французские
водевиля, парижские модистки  продолжали обирать русских барынь; словом, все
шло  по-прежнему. На  западе  России сбирались  грозные  тучи; но  гром  еще
молчал.
     В один прекрасный летний день,  в конце  мая 1812 года, часу в  третьем
пополудни, длинный бульвар Невского проспекта, начиная от Полицейского моста
до  самой Фонтанки, был усыпан народом. Как яркой цветник, пестрелись  толпы
прекрасных женщин,  одетых  по последней парижской моде.  Зашитые  в  галуны
лакеи, неся за  ними их зонтики и  турецкие  шали,  посматривали спесиво  на
проходящих  простолюдинов,  которые,  пробираясь бочком  по  краям бульвара,
смиренно уступали им дорогу.  В промежутках этих разноцветных групп мелькали
от   времени  до  времени  беленькие  щеголеватые  платьица   русских  швей,
образовавших свой вкус во французских магазинах, и тафтяные капотцы красавиц
среднего состояния, которые,  пообедав у  себя дома на Петербургской стороне
или  в  Измайловском   полку,  пришли   погулять  по  Невскому  бульвару   и
полюбоваться большим светом.  Молодые и старые щеголи, в уродливых  шляпах a
la  cendrillon  (в стиле золушки (фр.).),  с  сучковатыми палками,  обгоняли
толпы гуляющих дам, заглядывали им в лицо, любезничали и отпускали поминутно
ловкие  фразы   на   французском   языке;   но   лучшее  украшение   гуляний
петербургских, блестящая гвардия царя  русского  была  в  походе,  и  только
кой-где  среди круглых  шляп  мелькали  белые и  черные султаны  гвардейских

Следующая

3 >