М.Н.Загоскин. Рославлев, или русские в 1812 году -
100 >
приготовлены были трубки и пунш. Один только исправник отделился от толпы и,
подойдя к Рославлеву, сказал:
- Извините, Владимир Сергеевич, совсем из ума вон. Ведь у меня есть к
вам письмо.
- От кого? - спросил Рославлев.
- Не могу доложить. Оно пришло по почте. Я знал, что найду вас здесь,
так захватил его с собою. Вот оно.
- От Зарецкого! - вскричал Рославлев, взглянув на адрес. - Как я рад!
Исправник отправился вслед за другими гостями в беседку, а Рославлев,
распечатав письмо, начал читать следующее: "Ну, мой друг, отгадывай, что я?
где я? и что делал сегодня поутру? Да что тебя мучить по-пустому: век не
отгадаешь. Я гусарской ротмистр, стою теперь на биваках, недалеко от
Белостока, и сегодня поутру дрался с французами. Не ахай, не удивляйся, а
слушай: я расскажу тебе все по порядку. Прощаясь с тобой, я уже намекал
тебе, что мне становится скучно жить в Петербурге. Когда ты уехал, мне стало
еще скучнее. Ты знаешь, я долго размышлять не люблю; задумал, решился, надел
мундир; тетушка благословила меня образом, а кузины... ведь я отгадал, mon
cher! ни одна из них не заплакала, прощаясь со мною. Я прискакал в Вильну,
нашел там почти всех наших сослуживцев. Нам давали балы, мы веселились; но и
среди танцев горели нетерпением встретить скорее гостей, которые стояли за
Неманом, церемонились и как будто бы дожидались приглашения. Наконец 12-го
числа июня они переправились на нашу сторону, и пошла потеха - только не для
нас, а для одних казаков. Я выпросился в авангард, который стал теперь
ариергардом, потому что наши войска ретируются. Одни говорят, для того, чтоб
соединиться с молдавской армиею, которая спешит нам навстречу; другие - чтоб
заманить Наполеона поглубже в Россию и угостить его точно так же, как,
блаженной памяти, шведского короля под Полтавою. Не знаю, чему верить, но не
сомневаюсь в одном - nous reculons pour mieux sauter (мы отступаем, чтобы
лучше наступать (фр.)). Кажется, неприятель втрое нас сильнее; только мы