Классика

46 >

Молчать, когда офицер русской службы говорит!..
     Николай Ребров, выбившись к  двери,  оглянулся.  Бакенбардист-  офицер,
ротмистр Белявский кричал на толпу вдруг  запротестовавших  эстонцев  и  при
каждом выкрике яростно ударял себя по лакированному голенищу хлыстом.
     - Эстонская республика... Ха-ха!..  Великая  держава...  Да  наш  любой
солдат, ежели его кашей накормить, сядет,  крякнет,  вашу  республику  и  не
найти... Не правда ли, господа офицеры?..
     В ответ раздался золотопогонный смех. Толпа оскорбленно зашумела.
     - Господин офицер! - вышел вперед высокий жилистый эстонец.  На  рукаве
его пальто был красный бант. - Я вас буду призывайт к порядку.
     - Молчать! Ты кто такой? Коммунист? Товарищ? А хлыстом по харе  хочешь?
Научись по-русски говорить, картофельное брюхо, чухна!
     - Господин офицер!
     - Призывай к порядку свое правительство! - провизжал  молоденький,  как
херувимчик, офицер.
     - Да, да, - подхватил бакенбардист.  -  Где  ваша  чухонская  поддержка
войскам генерала Юденича? Изменники!..  Если  бы  не  ваша  измена,  русские
большевики давно бы качались на фонарных  столбах...  Подлецы  вы  со  своим
главнокомандующим! С Лайдонером!..
     - Замолчить!..  Будем  жаловаться  генерал  Верховский!..  Коллективно.
Нехороший вы народ!
     Бакенбардист с поднятым хлыстом и офицеры бросились на говорившего,  но
толпа грудью стала на его защиту:
     - Уходить! Вы не гость нам!.. Для простой народ!.. Ваш мест  не  здесь!
Вялья, вялья!..
     А офицеры, повернувшись  спиной  к  толпе,  вдруг  заметили  Варю,  еле
сидевшую на стуле и готовую упасть в обморок.
     - Ах! Вы? Варвара Михайловна?  Варя?..  Как  вы  здесь?..  Ведь  это  ж
кабак... Это ж хлев!..
     - О, богиня, - привстав на одно колено,  послал  ей  воздушный  поцелуй
юный купидон.
     - Едем!
     Николай Ребров, взбудораженный и потрясенный, шагал через лес и голубую
ночь, не зная сам, куда.
     - Ребров, ты?
     - Я... А-а, Егоров.
     - Как мне с билетом быть?..

Следующая

46 >