Классика

36 >

x x x

     Юноша переночевал в  избушке  лесника,  старого  добродушного  эстонца.
Утром он плотно подкрепился, заплатил эстонцу за гостеприимство и расспросил
его про дорогу к Народному Дому. Путь лежал мимо сестры Марии и прямо в лес.
Юноша шел низко опустив голову, ему не хотелось ни с кем  встречаться.  День
был пасмурный, насыщенный изморозью. С  грустным  карканьем  летали  ленивые
вороны, и юноше стало грустно, как только может быть грустно в  праздник  на
чужбине.
     - Послушайте, стойте! Николай!.. - Тревожно оглядываясь, бежала  сестра
Мария. Она схватила его  руку  двумя  руками  и  с  виноватой,  просительной
улыбкой сказала: - Какой вы злюк... Ай, как не хорошо...
     Юноша смутился.
     Он, краснея, растерянно мигал:
     - Извините меня. Я, конечно, был вчера не прав. С горяча просто.
     Сестра Мария померкла.
     - Сгоряча? Значит вы прощаете мой поступок? - она с  укоризной  подняла
на него ясные глаза. - Очень грустно, очень...
     - Почему?
     - Вы не понимайт, почему? Когда-нибудь поймете.
     - Так, - неопределенно сказал юноша: ему показалось, что  сестра  Мария
фальшивит. - Я все-таки не могу понять.
     - Ах, оставим, - капризно наморщила  она  свой  тонкий  прямой  нос.  -
Скажить, куда идете? В Народный Дом? Где вы ночеваль?
     Они шли, но юноше казалось, что они стоят на месте, а две темные  стены
сосен спешат назад.
     - Кто он? Вы знаете его? Этот Митри. Я его совсем не знайт, - и  сестра
Мария оглянулась.
     - Странно, - сухо и насмешливо ответил юноша, - во  всяком  случае  вам
нужно бы его знать. Девчонка вы, что ли? Вы все оглядываетесь назад... Идите
скорей. Он чертовски ревнив.
     - Вы правы, - деланно проговорила  она  и  остановилась.  В  глазах  ее
виноватость, злоба, скорбь. -  До  свиданья,  Коля...  А  я  вас...  я  вас,
все-таки... Но вы не можете поверить... Ах, Коля, милый... Не  так  все,  не
так... Вы спешите? Да? Вечером  увидимся.  Я  буду  в  Народный  Дом.  Но  я

Следующая

36 >