Вячеслав Шишков. Пейпус-озеро -
29 >
оса... Жалит, чорт!..
Началась ругань, потом сильный мордобой. Николай Ребров помнит, как он
бросился разнимать, как его ударили по затылку и еще помнит чьи-то вошедшие
в его мозг слова:
- А сестра Мария, слыхать, обженихалась.
Глава VI
У поручика Баранова
Николай Ребров за два дня до Рождества зашел поздно вечером к
ад'ютанту, поручику Баранову, снимавшему комнату у управляющего имением,
эстонца Пукса. Его впустила маленькая женщина с сердитым ничтожным лицом.
- Погодить! Шляются тут. Тьфу!.. Тибла! - и удалилась.
Через минуту Николай Ребров стоял на вытяжку пред ад'ютантом.
- Что угодно? - сухо спросил поручик и приподнялся с кушетки. Он был в
одном белье и шинели, в руках газета.
- А, это ты, Ребров? Садись.
- Мне бы хотелось, господин поручик, на праздник в отпуск. Дней на
пять.
- Ладно, могу. А ты не удерешь.
- Что вы! Нет...
- А почему? - и поручик, быстро откинув голову назад, прищурился. Юноша
мял в руках картуз. Поручик вздохнул и щелкнул рукой по газете: - Вот!..
Плохо, брат... Парижская "Фигаро". Плохо пишут из деревни. Колчак бежит.
Бежит!.. - он схватил валявшийся на полу сюртук, достал платок и громко
высморкался. - Я не понимаю... Хоть убей не могу понять, чем они, дьяволы,
берут?.. То-есть... Поразительно... Что?
- Да-а, - произнес юноша, - но я думаю, что большевикам не укрепиться.
- Ого! - желчно воскликнул поручик, торопливо шагая от стены к стене,
шинель моталась, шелестя подкладкой и оборваная штрипка кальсон волочилась
по полу. - Да еще как укрепятся-то. А штык-то на что? Они умеют править...
Это тебе не Керенский, чтоб ему на мелком месте утонуть!
- Да-а, - опять произнес юноша. И вдруг с языка полезло. - А вы не
знаете, господин поручик, аккуратно ли работает в Юрьеве почтамт?
- Что? - поручик на мгновенье остановился, бессмысленно и как бы
спросонья глядя на юношу. - Людей нет! Понимаешь ты, людей нет в России. Где