Вячеслав Софронов. Отрешенные люди -
91 >
- А там говорится, что необходимо вам идти в степь да побить джунгарцев
неверных, кои братьям нашим, казакам, силой военной угрожают...
- Знамо дело, побьем. И не таких бивали, - весело закричал молодой, еще
безусый солдат. Другие уставились на него, посмеиваясь, а кто-то даже
крикнул:
- Нас-то всех и посылать ни к чему. Алешка Савкин всех сам под орех
разделает, - показывали пальцами на говорившего.
-- Точно, - дружно захохотали все, - и нам не достанется.
-- Его первым против супостатов и направим!
- Мне думается, что Алешки вашего одного маловато будет, - широко
улыбнулся Гаврила Кураев, чем окончательно завоевал к себе расположение
ширванцев, - несколько тысяч тех джунгар прикочевали к пределам нашим. У
каждого по луку, по копью, по сабле вострой...
- Ой, напужал, - захохотали усатые солдаты, показывая пальцами на
поручика, - луки! копья! сабельки! Да мы, чай, при ружьях, за себя постоим,
покажем им, как на нашу землю рыпаться!
- Только вот в чем загвоздка, - продолжал невозмутимо и уже без улыбки
Кураев, - генерал ваш, Киндерман, отказывается выступать в степь...
- Это почему отказывается? - выкрикнул усатый унтер, что был по
возрасту самый старый из всех. - Коль генерал приказу императрицы не
подчинится, то худо его дело.
- Точно! - отозвались остальные. - Худо ему станется...
- Приказа, как такового, нет, - начал объяснять Кураев, - но из степи,
с казачьих постов, поступило донесение, мол, джунгарцы идут толпами на наши
крепости. А в Петербурге пока о той новости и не знают...
- Как же не знают, коль нас сюды направили? - выказал удивление все тот
же унтер-офицер.
- Вас и направили в Тобольск, чтоб упредить передвижение неверных, а
приказа о выступлении до сих пор не прислали.
- Ага, а мы маемся здесь без дела уже с самой пасхи Христовой, -
поднялся ропот в толпе.
- И я о том же, - согласился Кураев, - упредить надо неприятеля, а то