Вячеслав Софронов. Отрешенные люди -
56 >
проекта выпуска новых денег, к чему не один год склонял ее Петр Иванович
Шувалов. Понимая, что все ждут ее решения, она приготовилась ответить
отказом, но что-то заставило ее передумать, и вдруг, неожиданно для себя
самой, императрица заявила первое, что пришло на ум:
- Совсем старухой меня изобразил художник. В гроб краше кладут. Другой
кто и наказал бы такого прилежно.
- Помилуйте, матушка, - всплеснул руками Шувалов, - то лишь
предварительный рисунок, набросок, можно сказать. К тому же сам оригинал, -
при этом он выразительно посмотрел на императрицу, - не в силах во всей
прелести изобразить ни один художник мира. И примите во внимание, рисунок в
двенадцать раз больше предполагаемой чеканной монеты.
Государыня без особого интереса выслушала его слова, ощущая как в ней
борются два человека: женщина и правительница великого государства, и ни
одна из них не может одержать верх. Поэтому она сочла за лучшее отложить
принятие решения на столь болезненную для нее тему до лучших времен и
попросила:
- Ты, Петр Иванович, оставь мне рисунки на денек-другой. Подумаю,
посоветуюсь кое с кем.
- Послезавтра зайти, матушка? - с покорностью спросил Шувалов, хорошо
понимая, с кем государыня станет держать совет.
- Как решусь, то дам тебе знать.
- Только прошу ваше величество не откладывать на долгий срок, а то уже
второй год дело сие важное тянется, - назидательно проговорил он,
подчеркивая важность вопроса и подавая императрице свернутый в трубку рулон.
И она тут же приструнила его.
- Ты, граф, батюшку моего поставь на место и больше его заместо грузила
не пользуй, - погрозила ему пухлым пальчиком государыня.
Шувалов неожиданно густо покраснел, молча взял бюст и понес его обратно
на столик. Все присутствующие переглянулись, радуясь про себя, как
императрица ловко урезонила заносчивого графа.
- У меня, матушка, дел множество скопилось из Сибири по неуплате