Вячеслав Софронов. Отрешенные люди -
19 >
мог.
- Не пойму тебя, - потирая платком горячий лоб, переспросил он купца, -
о чем речь ведешь?
- Татарские юрты там поблизости стоят, - осторожно пояснил тот, - я уже
с муллой говорил, что молодых парней и девок к себе на работу возьму,
платить стану...
-- И что мулла?
-- Согласие дал.
- Так то дело полюбовное - ты нанял, они согласны. А мое разрешение
тебе к чему? - ничего не понимая, переспросил купца Сухарев.
- По закону все оформить, татар тех к фабрике приписать, а то сбегут
через неделю, и не воротишь ничем.
- Нужна городу добрая бумага, чтоб в иных местах ее не покупать, -
поддержал Медведева Корнильев.
- Нужна, нужна, - вслед за ним закивал и Нефедьев.
- Н-да! Задал ты мне, братец, работу, - покрутил головой Сухарев.
Теперь до него окончательно дошло, о чем просит купец: выдать грамоту о
приписке татар к фабрике. А татары, будучи людьми законопослушными, верят
каждой бумажке, на которой красуется двуглавый орел, хоть с медного пятака
его переведи. Понятно, купец найдет способ отблагодарить его за тот
документ, но зря он начал при секретаре, при остальных купцах тут сидящих.
Зря. - Не знаю, как и быть, - помялся Сухарев, - о пользе для города верно
говоришь, но и супротив закона идти не хочу. Извини, братец.
- А нельзя ли, ваше высокопревосходительство, - осторожно заговорил
Михаил Корнильев, - колодников, да беглых людей к нему на фабрику на первое
время определить?
- И сколь человек возьмешь? - поинтересовался губернатор, но от его
внимания не ускользнуло, что купцы удивительно быстро переключились на
колодников, не стали больше настаивать на приписке к фабрике татар. Видать,
продумали все заранее и теперь играли с ним, как с мальчиком в лапту, словно
заставляли кидаться из одного угла в другой.
- Поболе сотни, - ничуть не раздумывая, отвечал Медведев.
- Сколько? - опешил Сухарев. - Сотню? А кормить их кто станет? А охрану
нести? Думай, чего говоришь.