В.Я.Шишков. Угрюм-река -
76 >
полыхали, быстрым бегом била во всем теле кровь. Но когда все внутри их
стало затихать, Ибрагим и Прохор с трепетом подумали о только что минувшей
схватке с Угрюм-рекой и ужаснулись.
- Прошка, а если бы перевернуло нас?.. Что бы? А?
- Выплыли бы.
- Это худо. Надо утонуть. Что жрать стали бы? Где сухари, где все?
Ой-ой, Прошка.
- Да-а-а, - протянул в тупом раздумье Прохор и после короткого роздыха
сказал:
- Обедать надо... Два дня не ели как следует.
- Никакой ни обэд... К свиньям обэд!.. Плыть надо... Тут сдохнешь...
Пойдем порог смотреть.
Прохор умоляюще взглянул на Ибрагима; тот, сдвинув брови, зло сопел.
Прохор понял, что надо подчиниться.
Огромные валуны на берегу покрыты снегом, скользки. Прохор провалился
меж камнями, упал, едва не сломав ногу. А вот и начало порога. Река здесь
сдвинула почти вплотную свои скалистые берега. В эти узкие ворота валила вся
вода сверкающей гладкой, без взмыров массой. Образовав саженный водопад, она
с грохотом мчалась дальше, сразу поседевшая, бешеная, яро набрасываясь на
грозно торчавшие из воды камни. Вода кипела, злилась; грохот и рев стояли
неописуемые. Прохор кричал Ибрагиму, Ибрагим Прохору, но ни тот, ни другой
не могли расслышать даже своего собственного голоса.
- Вот тот камень самый страшный! На самом бою! Надо испытать! - кричал
Прохор, показывая на зеленый камнище: разъяренная вода скатывалась с него
седыми кольцами, как с огромной, приподнявшейся над бурлящим потоком башки
чудовища!
- Прошка! Тот камень - смэрть! - беззвучно кричал и Ибрагим, швыряя
булыжником в тот же камень. - Не миновать его.
Он взял обрубок дерева и спустил в самый слив. Обрубок быстро
заскользил по водяной горе, захлебнулся пеной и с наскоку долбанул торцом в
лысый камень.
"Так нельзя, надо левее плыть", - подумал Ибрагим и спустил вторую
чурку, полевее. Но и она в водовороте помчалась к камню. Прохор понял опыт
Ибрагима и тоже стал пускать поплавки. Все струи бешеного течения били в