Классика

98 >

думал, как  бы  вместо кобылиц тех  да баб табун гнать. Да? Долго бы  ты его
гнал,  точно... -- все дружно засмеялись,  но  Яков лишь отмахнулся от них и
пьяно глянул на  Никиту, сделал  знак рукой  в сторону глиняных кружек, мол,
наливай, чего тянешь, и  продолжал.  -- Мысля, значит, сидит  такая: нагонят
нас сейчас ногаи, зачнут сечь... А кругом степь, деваться некуда...
     -- Струсил, казачок, струсил, -- ершисто подвел его Кольцо.
     -- А ты бы не струсил? -- взъерепенился Яков. -- Храбер тот  бобер, что
в хате сидит, на нас не глядит. Чего же с нами не пошел, коль удалец такой?!
-- закончил  с  вызовом.  --  Только  и  можете с Барбошей  что по Хопру, по
Медведице  шарить, ждать,  когда какой  купчишка заплутает, тут  вы  молодцы
против овцы, а супротив молодца и сам овца.
     -- Да, мы такие,-- нимало не смущаясь, ответил Кольцо.
     --  Зря  мы  тогда  вам  половину  свою уступили, -- запоздало вздохнул
Гаврила Ильин, -- могли бы и не отдать.
     --  И не  отдавали бы.  Я б так нипочем не  отдал,  -- похоже было, что
Ивана Кольцо ничем не прошибить. Он лишь посмеивался и легко отшучивался.
     -- Ладно, чего собачиться, -- стал раздавать кружки с вином Никита Пан,
-- Мы выпить  пришли с  хорошим человеком, а вы, словно  бабы,  лясы точите.
Айдате-ка  выпьем  за  волю  нашу,  за  Дон-батюшку, Волгу-матушку,  что нас
приютили, хлеб-прокорм дают...
     -- Не, не стану пить, -- Кольцо поставил свою кружку на стол.
     -- Чего так? -- удивился Никита, успевший уже отхлебнуть полкружки.
     --  За  баб  красивых  выпью,  а  за всякие разности  пить,  что ты тут
гуторишь, не  стану. Кто  желает за баб  выпить, чтоб нас  любили? -- поднял
свою кружку и обвел всех почти трезвым взглядом. И трудно было понять, шутит
он или действительно у него  на  уме лишь бабы...  Но  все казаки подхватили
кружки, дружно гаркнув:
     -- Аида  за баб! Чтоб любили, тешили! -- и мигом осушили кружки. Никита
тем  временем  вытащил  из  торбы  полкаравая  ржаного  хлеба,  две  сушеные

Следующая

98 >