Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 3 -
83 >
в два раза. Ясак хороший берет с них, верно, и хан не знает его доходов.
Алей вспыхнул. Он давно уже замечал высокомерие Мухамед-Кула, когда
разговаривал с ним. И одевался тот не в пример богаче его. Один конь под ним
стоил целого табуна, что пасется на отцовских пастбищах. Но, сдержавшись,
нашел достойный ответ:
-- Нам с братьями перейдет все, а он... без нашей помощи не сможет
удержать и десятой доли того, что даровано моим отцом.
-- Все так, уважаемый патша-улы, но если бы ты попросил отца отдать в
твое владение старую сибирскую столицу, Чимги-Туру, то мы могли бы оказать
тебе посильную помощь.
-- И в чем? -- взметнулись тонкие брови Алея.
-- Дали бы тебе не сотню, а две, три сотни отборных воинов, чтоб они
железной рукой насаждали истинную веру, боролись с идолопоклонниками. Тогда
в своих деяниях ты превзойдешь отца, хана Кучума.
-- Истинно так, -- кивнул Карача-бек.
-- Почему вам не поговорить об этом с ханом? -- Алей удивлялся все
больше и поглядывал то на Шербети-шейха, то на Карачу-бека.
-- Хан слишком занят своими делами. Я бы сказал, он... -- шейх замялся,
подбирая слова, и при этом вынужден был улыбнуться. Алея поразила его
улыбка, обнажившая хорошо сохранившиеся, почти как у юноши, зубы. "То
опасный человек. Очень опасный", -- мелькнуло в голове. -- Я бы сказал, что
хан Кучум мягок к своим подданным. Заботясь о сборе ясака, он забывает о
вере и вспоминает о ней, лишь когда это ему выгодно.
-- А надо выбирать что-то одно, -- поддержал шейха Карача-бек, -- или
веру, или богатство.
-- Он построил слишком мало мечетей, а может, просто не разрешает бекам
строить их...
-- Но это неправда! -- воскликнул Алей. -- Я сам слышал не раз, как он
увещевал беков и мурз строить мечети, совершать службу, приглашать муллу в
свои селения. Что делать, если сами беки поклоняются двум богам?
-- Ты можешь назвать их? -- Шербети-шейх впился в него взглядом.
-- Да хотя бы... -- начал Алей и осекся, закончил с неохотой, --