Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 3 -
75 >
Остановился напротив нее и мягко проговорил:
-- Прошу простить, что не смог сам пригласить госпожу посетить мой дом.
Я редко показываюсь на людях с тех пор, как отравленная стрела отняла у меня
руку. Не хочу показывать свое уродство, -- просто пояснил он.
Только тут Зайла-Сузге заметила пустой правый рукав халата, заткнутый
за широкий белый пояс. В фигуре хозяина дома была неуловимая осанка
человека, привыкшего повелевать, держался он с достоинством, но без
высокомерия.
-- Прошу сесть, отведать угощения и я объясню, по какой причине
пригласил тебя к себе, -- он сделал знак левой рукой, указывая на место
подле столика, подождал, пока Зайла-Сузге сядет, а потом опустился напротив
нее. Она при этом постаралась спрятать под себя узелок с шитьем, испытывая
от того неловкость. Хозяин хоть наверняка и заметил ее поспешное движение,
но не показал вида. -- Прежде всего я должен назвать себя, -- продолжал он,
-- меня зовут Амар-хан и я долгое время служил начальником стражи при дворе
хана Абдуллы. Еще там я случайно услышал, что в городе появилась женщина с
малолетним сыном, и что она... -- он, чуть помолчав, сверля ее взглядом
пытливых глаз, закончил, -- что она дочь хана Муртазы, да земля ему будет
пухом.
-- Вы знали моего отца, -- не сдержалась Зайла-Сузге, -- вижу, что
знали. Да?
-- Я начинал свою службу совсем юношей при его дворе. И я хорошо помню
и твоих братьев, и маленькую Зайлу. Ведь так тебя зовут?
-- Да, -- качнула она головой, и робкая слезинка упала на колено.
-- Я помню, как сокрушался хан, когда разбойники похитили его дочь.
Потом я узнал, будто тебя увезли в далекую Сибирь, но ничем не мог помочь.
Извини. Вижу, верно, нелегко пришлось на чужбине?
Зайла-Сузге не отвечала, едва сдерживая душившие ее слезы. Она была
готова ко всему: к угрозам, насилию, к потере свободы, но встретить столь
теплый и дружеский прием она просто не ожидала.
-- Я была замужем за очень хорошим человеком. Но он мертв. Со мной его