Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 3 -
68 >
и он тяжело вздохнул, давая понять, как нелегко ему приходится в собственном
дворце. -- Троим сыновьям недавно обрезание делали, четверых дочек замуж
собирать надо, а денег в казне нет, пусто. А все почему? Потому что на
Москву давно не ходили мои нукеры, не привозили мне десятую часть от взятого
в набеге. И царь московский поминок не шлет.
-- Сколь надо? -- обыденно, словно они находились на базаре, спросил
Нагой.
-- Две тыщи рублев надо, -- выдохнул доверительно в лицо послу Гирей и
добавил, -- золотом.
-- Как скоро нужны деньги? -- поинтересовался Нагой.
-- Ой, да хоть завтра, -- обрадовался крымский правитель и глаза его
ласково заблестели, -- в вечном мире с братом моим московским жить будем.
-- Я напишу моему государю, -- проговорил Афанасий Нагой, вставая, --
но пока гонец до Москвы доскачет, пока его там примут, обратно вернется...
-- Ждать стану, время терпит, -- торопливо закивал головой
Девлет-Гирей, -- приходи сегодня ко мне ужинать, когда гонца в Москву
направишь.
-- Хорошо, -- согласился Нагой, -- сегодня и направлю, но ужинать,
извини, хан, придти не могу, свой повар у меня готовит. Нынче ведь пост
Успенский, а ты, поди, сызнова барашка молодого к столу подашь.
-- Для дорогого гостя ничего не жалко, -- осклабился крымский
правитель, -- но как знаешь, неволить не буду.
-- Поди радуешься, что одним едоком меньше будет, -- буркнул про себя
Нагой, уже выходя из дворца и с неприязнью глянув на стражников, что
буквально ели его глазами, ожидая обычной подачки. -- Фиг вам, -- проговорил
по-русски, надеясь, что те не поймут его слов.
Через два месяца из Москвы вернулся гонец и привез всего двести
золотых, которые Иван Васильевич поручал послу вручить хану. Девлет-Гирей
несказанно обрадовался этой подачке, словно позабыл, что просил в десять раз
больше. В грамоте к Афанасию Нагому государь писал: "Отдай крымскому хану
наши деньги, что под рукой оказались, а буде он еще поминок несуразных