Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 2 -
96 >
Карача-бек, что баран останется жив.
-- Согласен, -- откликнулся тот, -- но я готов поставить своего коня
против этого ружья. Оно же все одно без дела у тебя в сундуке хранится. Чего
жалеть?
-- А конь хоть добрый?
-- Обижаешь? Разве пристало ханскому визирю на старой кляче ездить? Ты
чего так далеко отошел? Иди поближе. Я первый выстрел тебе, как хозяину,
уступаю.
-- Что ты, дорогой Карача-бек! Это я, как хозяин, уступаю гостю первый
выстрел. Стреляй, пока заряды есть. Мне не жалко.
Карача-бек закончил уже снаряжать ружье и, воткнув перед собой
специальную вилку-сошник, положил на него ружейный ствол и махнул рукой в
сторону Соуз-хана.
-- А теперь иди ко мне. Стрелять первым будешь. Я не шучу. Вставай
рядом со мной и попади в своего барана. Не то... -- и он направил ружье на
нерешительно переминающегося в стороне хозяина и недвусмысленно щелкнул
пальцами,-- на тебе проверю как бьет твое ружье.
-- Так я и знал! Так я и знал, что опять он сотворит со мной
какую-нибудь подлость, -- запричитал Соуз-хан, но покорно подошел к визирю и
встал рядом, закрыв глаза.
-- Ты вот чего, опять дурнем не прикидывайся! Делай, как я тебе скажу.
Понял? Представь, что из лука стреляешь и в стволе стрела помещена. Что надо
сделать?
-- За тетиву тянуть, -- без запинки ответил, подрагивая всем телом,
Соуз-хан.
-- Ну и дурак! Где ты тетиву видишь?
-- Нигде не вижу.
-- В том и отличие, что стреляет будто стрелой, а за тетиву тянуть не
надо. А целься в барана, как из лука. Понял?
-- Пусть лучше мой лук принесут, я его одной стрелой уложу и ружья не
понадобится.
-- Слушай, знал бы я, что ты такой дурак,-- не связывался бы. Но теперь
мне отступать некуда. Стреляй!!!
Соуз-хан трясущимися руками взялся за приклад и закатил безумные глаза
к небу. Со стороны можно было подумать, что его приговорили к смерти, и он
безмолвно готов принять кару свыше. Карача-бек велел принести огня и один из