Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 2 -
8 >
даже малой надежды на чью-то помощь и поддержку. Нет, он, хан земли
Сибирской, направит его на запад вслед за движущимся по небу шаром солнца,
по пути славных ханов Золотой Орды, чтобы вернуть утраченные некогда земли и
пастбища.
Как перелетная птица летит от зимней стужи в теплые края, чтобы едва
обозначатся забереги на северных озерах, вернуться обратно, так и степняк,
подобно дикому гусю, уходит на зиму в неохватные человеческому взгляду
степи, распрягает боевых коней до следующей весны. Коням и то нужен отдых,
чтобы, вдыхая широкими ноздрями стылый воздух степей, почувствовать себя
дикими существами, не подвластными человеческому окрику и не боящимися
свиста ногайки; им нужно забыть запах крови, дым пожарищ, людской, жуткий
рев во время сечи. И коням нужен отдых...
Кучум с полуприщуром, собрав вокруг глаз немногие пока морщинки, вдыхал
приятный дымок костра, куда время от времени работники подбрасывали охапки
полыни и иструхшей березы, отпугивая ненасытные полчища комаров, ищущих
непрестанно свою жертву и днем, и ночью. Хан смотрел на первенца, а сам
считал годы, которые отпущены ему для короткого роздыха, собирания и
скапливания сил, сколачивания новых сотен.
Так, степной вольный жеребец не может оставаться долго на одном
пастбище и, умяв сочную траву твердыми копытами, вдруг вскинув высоко вверх
голову, призывно заржав, бросается, выставив вперед мощную грудь, в заросли
тугой зеленой травы, больно хлещущей по бедрам. Вдавливая копытами землю,
перекатывая мышцы под лоснящейся кожей от шеи к крупу, задрав голову, в
бешеном галопе он прокладывает тропу для всего табуна, уводя его с
вытоптанного куска земли на новый. И никто даже из опытных пастухов не может
предсказать, когда вожак, уловив широкими ноздрями свежий ветер, кинется
наперерез ему в голубеющее марево степи.
Только дай волю неуемному жеребцу и он уведет, утянет весь табун,
безжалостно гоня и жеребых кобылиц, и малолеток, всего неделю сосущих матку.