Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 2 -
66 >
женщины с ребенком на руках.
-- То Богородица, -- так же тихо шепотом ответил он и перекрестился, --
мать Христова.
-- А он кто?
-- Христос? Он -- сын Божий и спаситель наш.
-- От чего спаситель? От врагов?
-- И от врагов тоже. Его Господь отправил на землю, а люди распяли.
Давно это было.
-- За что? -- поразился Едигир.
Но на них начали оглядываться и Тимофей махнул рукой, показывая, мол,
не место для разговоров.
А вечером Едигир долго выспрашивал у старика, кто такой Христос и
почему он пришел на землю, кто его родители и о многом другом. Тимофей
терпеливо, как умел, отвечал ему, а потом посоветовал:
-- Ты бы к батюшке сходил, он лучше расскажет обо всем. А захочешь, так
и окрестит тебя в нашу веру.
-- Это как окрестит?
-- Молитву над тобой прочтет и будешь одной веры с нами. Крест на шею
повесит, чтобы защищал тебя от врагов...
-- Как защищал? -- не понял тот. Я себя и сам могу пока защитить.
-- Себя ты от людей можешь защитить, а вот от чертей, да бесов сам не
сможешь. Для этого крест и нужен человеку.
-- А креститься зачем? -- не унимался Едигир.
-- Слушай, я тебе не батюшка! -- не выдержал старик. -- Вот как придешь
к нему обо всем и выспрашивай. Понял?
-- Понял, -- вздохнул тот.
Через несколько дней Тимофей сообщил Едигиру, что батюшка ждет их и
готов переговорить обо всем, что тому интересно узнать о вере христианской.
Сам он готов быть толмачом при Едигире, поскольку русской речи он хорошо
пока не знает.
Едигир воспротивился, было, такому повороту. Не привык, чтобы кто-то
решал за него то, что он и сам в состоянии решить. Но Тимофей и не пытался
уговаривать, а лишь пожал плечами: "Не хошь, как хошь". Чуть посидев,
Едигир, наконец, решился: "Будь, что будет". Он всегда сможет обратиться к
своим богам и отвергнуть русского. А узнать о таинственных русских божествах
было интересно. Что-то подталкивало его, звало, манило.
Батюшка встретил их со степенной сдержанностью и больше расспрашивал