Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 2 -
65 >
пока тот не вошел в церковь. Это про них рассказывали некогда купцы,
побывавшие в Московии. Пугали Едигира, что придут русские бородатые попы,
порушат богов, заставят молиться и почитать своего бога.
Было в тех рассказах что-то пугающее и одновременно притягивающее.
Хотелось узнать, чем русские боги отличаются от сибирских. Может, не так они
и страшны? Кто знает...
Едигиру хотелось войти в церковь, поглядеть, как русские люди беседуют
со своим богом, что просят у него, какие подарки несут. Но он долго не
решался переступить порог сумрачного жилища чужих богов, боясь, что
прогневит своих ему покровительствующих. А тот, русский бог, примет ли он
его, поможет ли...
Разрешил его сомнения Тимофей, заметив любопытство Едигира к русскому
храму. Их поместили на жительство в доме, где уже обосновались несколько
воинов, занятые охраной крепости. Как-то вечером Тимофей с сыном, надев
новые чистые рубахи, расчесав смазанные душистым маслом волосы на пробор,
направились вслед за остальными мужиками из дома. Взглянув на одиноко
сидевшего на лавке у окна Едигира, Тимофей спросил:
-- Может и ты в храм с нами пойдешь? Мы тебя не неволим, но хоть
посмотри на службу, послушай. А там уж сам решай -- оставаться тебе дальше
или обратно сбежишь. Пошли с нами.
Не желая обижать их, Едигир пошел на службу. В церкви собралось почти
все население городка. Люди стояли, обнажив головы, перед батюшкой, что-то
громко читающим по толстой книге, лежащей перед ним. Задняя стена храма была
изукрашена деревянной резьбой в виде чудных цветов и плодов. Там же висели
разного размера доски, с которых на Едигира смотрели бородатые лица людей. В
центре помещалось изображение женщины с ребенком на руках. Она нежно
прижимала дитя к себе и взгляд ее, направленный поверх людских голов,
задумчивый и печальный, таил легкую грусть и скрытое страдание.
-- Кто это? -- спросил Едигир шепотком у Тимофея и кивнул в сторону