Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 2 -
29 >
от них. Расскажи он кому-нибудь об этом -- подняли бы на смех, стал бы
посмешищем среди товарищей. А сейчас он всего лишь воин.
Он стоял на дозорной башне, вглядываясь в сторону поднимающегося над
лесом солнца, туда, откуда он пришел в городок с притаившейся за каждым
деревом смертью. Смерть удалось обмануть, перехитрить. Так же легко можно
обмануть и людей, которым вовсе не интересно твое прошлое. Зачем оно им,
твое прошлое? Но он-то помнил, ясно и отчетливо помнил, как волком,
крадучись, уходил с земли отцов, обложенный со всех сторон охотниками, в то
кровавое лето. Уходил, ожидая встретить близкую смерть, но где-то разминулся
с ней, прошел соседней тропой. И он как бы заново увидел и пережил то лето,
когда уходил со своей земли, не думая о возвращении.
...Едигир со стоном провел рукой по ступням разбитых в кровь ног. Идти
дальше он не мог... Все. Силы оставили его. Он в изнеможении упал на землю и
лежал так, раскинув руки. В голове смешались дни и ночи, проведенные им в
пути. Сколько дней он бредет вслед за солнечным диском, медленно ползущим по
небу? Если бы у него были крылья, чтобы, подобно птице, взлететь над
бесконечными лесами и парить над миром злобы и ненависти. Если бы...
Едигир поискал в траве листочки лечебной травы. Нашел и стал прилеплять
их к разбитым ногам, морщась от боли и скрипя зубами. Закончив это
болезненное занятие, откинулся на траву и, полуприкрыв глаза, сквозь
подрагивающие ресницы, поглядел на небо. Там, наверху, бойкие облачка
гонялись друг за дружкой, как малые дети. Они то сливались в одну общую
массу, то разрывая некрепкие связи свои, плыли по небу порознь.
"Как дети малые... Ни забот, ни тревог. Если бы и мне так...". Но не
выбросить из головы тягостные воспоминания об убитом брате, ненавистном
пришельце Кучуме, потере любимой.
"Клянусь духами всей Земли, что отдам левую руку, лишь бы стать другим
человеком, забыть обо всем, начать жить иначе. Клянусь!"