Классика

10 >

его.  Ему нужен был молодой  и  решительный приемник,  сильный и злой  воин,
который   сможет  сохранить  род,  дать   новую   жизнь  десяткам  таких  же
безжалостных сыновей, пришедших в этот мир для борьбы, чтобы все брать силой
и только силой.
     Таков закон Степи.
     Таков закон Жизни.
     Такова сама Жизнь.
     Кучум смотрел на первенца  и где-то в глубине мыслей отдаленно угадывал
сожаление  к  самому  себе, к тому  времени, когда  не сможет  вести сотни и
рубить  врагов  так же легко  и ловко, как делал это  всю жизнь. Легко и без
жалости. Без жалости и легко...
     Прошло  то  время.  Сладка  жизнь, как  сладко первое опьянение, первая
женщина, первая пролитая  кровь. Потом приедается  все: и вино, и женщины, и
враги. Ни что не веселит, не  греет, и каждый новый день несет не радости, а
заботы. Заботы о следующем дне. И в этом -- вся  жизнь. И никто не предложил
чего-то другого...

* * *

     Сегодня в Кашлыке  праздничный  день:  из  Бухары  прибыли долгожданные
послы, а вместе с ними  и караван. Вон  они стоят  за стенами городка, и его
воины  меняют у купцов  собранные  с сибирцев драгоценные  меха  на  оружие,
пряности,  ткани. Бухарские послы пока отдыхают  после дальней дороги внутри
городка.   Их  двое  недоверчивых  и  опытных   воинов  с   обветренными   и
мужественными лицами. Даже  собственную  стражу поставили у  шатров,  нанеся
этим оскорбление ему, хану этой земли.  Впрочем, он бы на их  месте поступил
точно так же.
     С  Бухарой у  него долго не  складывались отношения. После  смерти  его
старшего  брата,  Ахмет-Гирея,  верного  подданного  Абдуллы-хана,  в Кашлык
никого  не  прислали.  Чего-то  выжидали, медлили.  Верно  думали,  что  ему
ненадолго удастся задержаться на ханском холме. Но они ошиблись. В очередной
раз ошиблись.  Тогда  он  сам, спрятав гордость в кулак, направил бухарскому
хану  богатые  подарки, которые  сделали бы  честь  любому  правителю.  Зная
жадность бухарских визирей, он не сомневался в успехе.

Следующая

10 >