Вячеслав Софронов. Кучум. Книга 1 -
30 >
Сматывают одежду в узел, крепят на голове. Надувают кожаные мешки воздухом,
привязывают к ним кольчуги, сабли, кинжалы.
Шепчут коням своим ласковые слова, чтоб без боязни шли в воду следом за
ними. Женщинам таких слов не говорили, как коням своим. Похлопывают их,
поглаживают по крутым холкам, тянут к воде.
Фыркают кони, стригут испуганно ушами, пятятся на берег, вырывают
поводья из смуглых рук. Не хотят в воду, боятся реки. Не видно другого
берега, только белесая речная вода струится перед ними.
Рванулся молодой жеребец, вырвал узду у молодого степняка, пустился
вскачь по берегу, высоко подбрасывая задние ноги, подняв хвост метелкой.
Бежит за ним следом голый хозяин, хохочут воины.
Старики первыми вошли в воду, дали коням понюхать ее, попривыкнуть.
Обвязали повод вокруг конских голов и поплыли первыми, толкая впереди
бурдюки кожаные. Заржали кони, оставшись без хозяев, а те зовут их, свистят,
губами чмокают. Первый конь бросился грудью в воду, поплыл. Второй, третий,
десятый.
Торчат из воды черные людские головы маленькими кочками, рассекают
речную волну конские груди, нагоняют хозяев, фыркают шумно, моргают большими
глазищами, удаляются от берега.
Алтанай с усмешкой смотрит на молодых жеребцов, что никак не желают
идти в воду, боятся. Сложил ладони трубочкой, поднес ко рту, вытолкнул из
щек воздух, завыл по-волчьи, по-звериному, жутко. Шарахнулись жеребчики,
присели на задние ноги, пошли в воду, поплыли.
Ханский пугливый аргамак Тай, словно ребенок, жмется к хозяину.
Переступает тонкими ногами, норовит вырваться, убежать. Машет длинным
хвостом, тяжело дышит.
Усмехается Кучум, знает, что покорится ему конь, не опозорит перед
нукерами, поплывет следом. Не впервой им и в воду, и в огонь вместе идти.
-- Не бойся, дурачок, я рядом. Воды что ли нe видел? Погладил хан
своего скакуна, хлопнул по узкому лбу, обвязал вокруг шеи повод и пошел к
лодке. Кто-то тут же угодливо придержал долбленку за борт, помог хану сесть,