Вячеслав Софронов. Жила -
17 >
ладошке.
М а ш а. А теперь она куда делась? Змей разрушил?
Д е д. Куды там змию... Коммунисты извели деревню. Ни домика не
осталось.
П а ш а. /Достает карту, смотрит/. Тут еще поблизости другие деревни
указаны: Брысина, Сисюхина.... А у них, откуда такие названия взялись?
Д е д. Э-э-э.... Да тут все просто. Сисюхина по над речкой стояла, на
горке. Бабы на коромыслах воду с речки на горку таскали..../Подмигивает
Паше/.
П а ш а. И что? Не понимаю.
Д е д. Да как не потять-то?! Оне когда обратно в горку лезли, то титьки
у них до самой земли висели. Потому и Сисюхина. Вот!
М а ш а. А Брысина? Ни разу такого странного названия не слышала.
Д е д. То случай особый. Котов они отменных разводили. Ловчие коты,
размеру преогромного. Могли и собаку задрать, овцу завалить. Из самой Москвы
за теми котами приезжали.... Вот мы на них и брыськали, чтоб глаза не
повыцарапывали.
М а ш а. Ой, ой! Ну, вы и скажете! Чтоб кот... Овцу одолел?!
Д е д. А чего удивительного? Ежели кота, да с месяц не покормить, то он
не только овце, но и волку глаза повыцарапывает. Брысинские мужики их
специально голодными держали, для пущей злости, да еще и самогонку свою
давали вместо воды.
П а ш а. /Насмешливо/. Тогда понятно.
Д е д. /Все больше распаляясь/. А знаешь, какая у них самогонка вонюча
была? Не поверишь, но как они ее у себя гнать начнут, то вонь ихняя до нас
долетала, как счас помню.
М а ш а. Ой, а мы ведь и представиться вам забыли. Извините. Мы
студенты филфака, собираем материал для дипломной работы - фольклор,
предания.
П а ш а. Ее Машей зовут, а меня Павлом. Можно просто П а ш а.
Д е д. /Недоверчиво/. Студенты говорите? Н-да! Пущай будет, по-вашему.
А меня дедом Башкуром зовут.
М а ш а. Чего-то имя у вас нерусское.
Д е д. Самое русское и есть. Мать-то меня Мишаней окрестила, а уж потом
народ кличку дал - Б а ш к у р. За то, что башка у меня крепости