Вячеслав Софронов. Жила -
14 >
прямо жених и невеста. Да и видел я сколько раз, как он тебе ручки целует.
М а ш а. И что с того? На большее он не способен - только ручки
целовать.
П а ш а. Интересно.... А я, по-твоему, на что способен?
М а ш а. Ты, Паша, другое дело. Я к тебе давно присматриваюсь. Только
тихушник ты, все на лад делаешь, а в открытую сказать боишься. Но это у тебя
пройдет со временем, когда влюбишься. Так во всех книгах пишут: влюбленный
человек становится совсем другим. А ты вот почему до сих пор ни с кем не
дружишь? Не нравится никто?
П а ш а. Не знаю, не до этого все.
М а ш а. Смотри, а то все наши девушки замуж повыскакивают, и
останешься один. Тогда как?
П а ш а. На меня хватит.
М а ш а. /Решительно/. А я тебе нравлюсь?
П а ш а. Не знаю, не думал об этом.
М а ш а. Вот-вот, я об этом и говорю. Ничего вокруг себя не замечаешь
или не хочешь замечать. Да я может потому и записалась с тобой в экспедицию,
чтоб ты на меня внимание обратил, а ты... недотепа какой-то.
П а ш а. /Удрученно/. Как Вадик?
М а ш а. /Улыбается/. Почти, но не безнадежен. Ладно, чего делать-то
станем. Есть хочется! Может, на улицу пойдем? Жутко здесь как-то.
П а ш а. Да неудобно, надо бы хозяина дождаться. А ты не чувствуешь,
горелым чем-то пахнет? /Подходит к русской печке, отодвигает задвижку и
вытаскивает обгорелую милицейскую фуражку, рассматривает и надевает себе на
голову/. Как я тебе?
М а ш а. /Обеспокоено оглядывается по сторонам/. Да никак. Куда только
хозяин фуражки этой делся? Давай, пойдем на улицу. /Одевает рюкзак/.
/Неожиданно входная дверь открывается и в избу въезжает сама собой
лавка, в середину которой воткнут топор/.
Маша и П а ш а. /Враз/. Ой!!! Что это?! /Бросаются к окну и пробуют
открыть его, но у них ничего не получается, отталкивают друг друга, мечутся
по избе/.
/Вслед за лавкой входит дед Башкур, который и толкал ее. В руках у него
коса без рукояти. Он не менее ребят удивлен и обеспокоен/.