Юрий Маслов. Белогвардейцы -
56 >
нас барин!
"И за такую сволочь я воюю, кровь проливаю!"
- В общем, так, - рявкнул Сырцов, наливаясь ядреной злостью. - Среди
вас контра работает, гнида белая, это мне ясно как белый день! Так вот, я
отсюда не уйду,
пока гниду эту с корнем не вырву! - Крутанулся на каблуках, упер
бешеный взгляд в Дольникова. - Понятно?
- Понятно, - усмехнулся Дольников. Нехорошо усмехнулся. Зло.
- А теперь скачи в крайнюю хату, там с тобой еще одна сволочь желает
поговорить. Лысенков, сопроводи начштаба!
Великого князя Николая Николаевича сгубила глупость. Он не знал
элементарного: что можно одному, нельзя другому. Поэтому рассуждал примерно
так: "Суворов смог! А я что, рыжый?" И, недолго думая, сочинил приказ: армию
генерала Иванова отправить через Карпаты в Венгрию, а генерала Сиверса -
через Мазурские болота в Восточную Пруссию.
Осень сменилась зимой. Завьюжило. Запуржило. Самое время передохнуть,
запастись провиантом, огневыми припасами... А здесь приказ: наступать!
Меж Сувалками и Августовом армия генерала Сиверса попала в "клещи"...
Зимней февральской ночью немецкие гренадеры прорвали фронт, под
завывание ветра обошли передовые полки - Семеновский и Преображенский - и с
тыла бросились в атаку.
Рукопашная схватка - это неожиданность. Поэтому,
как правило, побеждает нападающий.
Когда началась атака, полковник Вышеславцев спал.
Когда раздались первые выстрелы, выскочил из блиндажа. Но было уже
поздно. Немцы ворвались в окопы, и Вышеславцев, не успев выхватить револьвер
из кобуры, получил сильный удар прикладом в шею...
Утром стотысячная русская армия перестала существовать - две трети
погибли, остальные сдались в плен.Полковник Вышеславцев и поручик Дольников,
раненный в плечо, попали за решетку лагеря Штральзунд, расположенного на
берегу Северного моря. Раньше они встречались редко - на военных советах да
за обедом в Офицерском собрании. Ближе познакомиться мешала иерархическая