Юрий Маслов. Белогвардейцы -
29 >
- Старость надо уважать!., - не зная, что ответить
сказал Вышеславцев.
Минут через десять из-за занавески в старенькой, застиранной до
белесого цвета рубашке "времен Очакова и покорения Крыма" довольно бодро
выкатился дед. На груди - два "георгия", третьей и четвертой степени.
- Где ж ты отличился, дед? - с почтением спросил Вышеславцев.
- В Крымскую. И в Турецкую.
- А у кого служил?
- Донская конно-казачья 7-я батарея. В Крыме дрались под начальством
генерала Багратиона Ивана Константиновича...
- На Дунае? В 1853 году?!
- Число не помню, вашблагородь. А вот что на Дунае точно. Я и в
Турецкую на Дунае дрался, с генералом Драгомировым. Вот только имя его
запамятовал...
- Михаил Иванович.
- Верно, Михаил Иванович, - оживился дед. - А вы что, знали его?
- Знать не пришлось, но слышал много.
- Здоров он?
- Лет пятнадцать, как умер.
- Царство ему небесное, - сказал дед, осенив себя крестным знамением. -
Хороший был человек. У города Зимницы, когда переправу наводили, помню, идет
берегом и туркам кулаком машет, кричит: "Забыли, паразиты, как Суворов вас
лупил? Так я вам сейчас напомню! - Вытащил шашку и: - Вперед, братцы!" Ну мы
и поперли... Всыпали им, крепко всыпали!
Вышеславцев чуть не прослезился. Перед ним стояла сама история - дед
воевал вместе с Драгомировым, Драгомиров - выученик Суворова, Суворов - это
Екатерина
Великая, это победы Потемкина, Алексея Орлова - славная Чесменская
битва, а от неё, Екатерины, до Петра рукой подать! И Вышеславцев, - забыв,
что перед ним простой солдат, обуреваемый восхищением и благодарностью,
неожиданно для себя встал, крепко обнял старика и трижды, по-русски,
расцеловал.
- Садись, дед, выпьем с тобой во славу русского
оружия!
Они выпили по стопке, нацелились по второй, но им помешали - пришел из
баньки Федя, подъехали в сопровождении Нестеренко Задорожный и Крымов. И
сразу же в избе стало тесно, шумно, пропала атмосфера доброжелательства и