Юрий Маслов. Белогвардейцы -
26 >
Федя парил его минут двадцать, а затем полуживого, обессиленного окатил
холодной водой и проводил в предбанник. Полковник рухнул на скамейку,
промочил
горло хлебным квасом, которым их снабдила заботливая хозяйка, шумно
выдохнул:
- Хорошо!
- Хорошо, - согласился Федя. - Теперь мой черед. - Он ловко сграбастал
свое и полковничье нижнее белье. - Заодно и с насекомыми разделаюсь. Не
возражаете?
- Это ты вшей так деликатно называешь?
- Ну а кого же? Я думал, они только мужиков грызут, а вчерась смотрю, и
вы... того, почесываетесь.
- Вши, Феденька, и крысы - бесплатное приложение гражданской войны. Как
только в стране заваруха - они тут как тут.
Федя задумался.
- Тоже, что ль, от голода звереют?
- А черт их знает! - Полковник набросил на плечи махровое полотенце и
принялся яростно, с удовольствием растирать свое еще крепкое,
сорокадвухлетнее тело.
- Гнида - она и есть гнида, - подвел итог своим размышлениям Федя. -
Знает, когда на халяву можно кровь чужую попить. - И, не дожидаясь ответа, в
котором впрочем, и не нуждался, снова нырнул в горячую темень баньки,
плеснул на камушки и, напевая: "Папа
- турок, мама - грек, а я русский человек", полез на полок.
- Папа - турок, мама - грек... - непроизвольно повторил полковник,
улыбнулся и подумал, что в этой забавной присказке, которую Федя распевает и
в горькие, и в радостные минуты жизни, заложена великая правда их
белогвардейского лозунга: "За Единую и Неделимую!" Действительно, как же ее,
Россию, можно разделить?
Расчленить? Ведь она приютила и взяла под свое крыло многих - и татар,
и немцев, и греков, и грузин... Да несть числа всем этим племенам и
народностям! И все эти племена за последние сто-двести лет вступали друг с
другом в кровное смешение. И выходит, что дети этих племен и есть Россия! А
ее - на части! Рвут на части, как голодные псы кусок мяса! Да разве такое
возможно?!
Настя накрывала на стол - квашеная капуста, солененькие грибочки,