Юрий Маслов. Белогвардейцы -
24 >
Дольников нагнулся, поднял книгу с пожелтевшими от сырости страницами -
"Король Лир".
- Хорошая? - поинтересовался Сырцов.
- Серьезная, - сказал Дольников, вскинул голову и прислушался. - Кто-то
скачет!
Они вышли на крыльцо, и Сырцов, заметив двух всадников, моментально
признал в одном из них командира полковой разведки Петра Лысенкова. И
помрачнел.
- Никак, стряслось что, - подумал вслух.
Лысенков подскакал первым, осадил коня и, ткнув нагайкой в сторону
незнакомца, молоденького солдата с выражением горделивой ответственности за
порученное
дело на широкоскулом лице, сказал:
- До вас, командир!
- Вы товарищ Сырцов? - спросил солдат.
- Я.
Солдат вытащил из-за пазухи и протянул Сырцову
пакет.
- Из штаба дивизии.
Сырцов разорвал пакет, прочитал бумаги, и в глазах его отразилось
недоумение.
- А что па словах велено передать?
- Всех сельских учителей расстреливать без суда и
следствия.
- За что? - изумился Сырцов.
- Они агитаторы. Входят в агитационный отдел военного совета Махно.
Сырцов протянул бумаги Дольникову, отпустил солдата и долго молчал,
хмуро разглядывая свои заляпанные грязью сапоги. Затем сказал:
- Махно что блоха - прыгает и прыгает... Так что пусть начштаба думает,
как его изловить, а мы... Петро, завтра с утра дуй в разведку. Лоб разбей,
но выясни, куда сгинули эти гады!
Сырцов вторую неделю преследовал кавалерийский полк противника, но
догнать не мог. Сильно потрепанный, уставший, он уходил из-под самого носа,
ловко уходил: то петлял, как заяц, то по-волчьи огрызался - оставлял в самых
неожиданных местах засады. На одну из таких засад и нарвался посланный в
разведку конный разъезд Сырцова. Белые пропустили их, ударили с тыла и ушли,
оставив на снегу девять теплых красноармейских трупов. Сырцов озверел - это
были его лучшие разведчики, - поклялся отомстить. И вот вторую неделю как
догоняют и никак не могут догнать этот неуловимый белогвардейский полк.