Юрий Маслов. Белогвардейцы -
17 >
Первая дверь, что вела в сени, на счастье, оказалась открытой. Крымов
бесшумно скользнул в узкий коридорчик и прильнул ко второй, которая вела в
горницу. Прислушался. Прокуренный мужской голос напористо и зло выбрасывал
слова-камни: "Вы, деревенский пролетариат должны взять власть в свои руки,
должны помочь нам и подрезать крылья мужику. Мужик - это тот же буржуй,
вампир, который сосет вашу кровушку! А вы батрачите па него, гнете в
непосильном труде свои спины. А что имеете? Кукиш! А мужик все богатеет и
богатеет. Раньше он нанимал одного батрака, теперь - десять, а скоро всю
деревню заставит на себя батрачить! Так вот, я и спрашиваю вас: где
справедливость?"
В это время на улице грохнул выстрел, и Крымов, не дожидаясь второго, с
силой рванул на себя дверь. В нос шибануло спертым воздухом, керосином,
забористой махоркой.
- Здравствуйте! - сказал Крымов, перешагнув порог. - Не ждали?
Продотрядовцы - их было трое - действительно "не ждали", растерялись.
Появлению домового они, наверное, удивились бы много меньше, чем внезапно
возникшему перед их столом стройному, с хорошей боевой выправкой
белогвардейскому офицеру. Но это длилось только мгновение.
Растерянность сменилась испугом, испуг побудил к действию, и они, опрокинув
скамейку, бросились к оружию - к винтовкам, которые стояли в углу комнаты.
Крымов выстрелил в потолок. Продотрядовцы замерли на полдвижении,
неуклюже, не переставляя ног, развернулись и, сообразив, что сопротивление
бессмысленно и бесполезно, нехотя подняли руки.
- Вот так-то лучше, - прогудел Машков, конфискуя винтовки. - Еще оружие
есть? - Оп проверил у них карманы, кроме трех кисетов и каких-то документов,
ничего не нашел, выругался, прибавил огонь в керосиновой лампе и, напустив
на себя строгость, уставился на собрание - рваные ватники, протертые до дыр
шинели, сиреневые, отекшие от самогона лица. - Ну что, голытьба несчастная,
на землю соседа позарились?