Иван Ле. Хмельницкий. Книга первая -
91 >
необходимость - трудно мне понять. Однако ясно и то, что мы, именно мы, братья воины, должны помогать царевичу Димитрию взойти на русский престол... Не скрою, трудно мне разобраться... Сам я видел Димитрия, разговаривал с ним, присягал, как законному государю... В то время вместе со мной у государя были и казацкие старшины во главе с их гетманом, помню - Олевченко назывался. Его сопровождали солидные старшины, вооруженные богатыми саблями и пистолями, начиная с седоусого Топиги до... выдающегося воина, полковника Петра Сагайдачного... - Сагайдачный, Петро Конашевич, уже в старшинской охране у Олевченко? - с возмущением переспросил Яцко. - Мы считали его куда умнее. Зачем понадобилось плестись ему за Олевченко? Казак он грамотный... Во время Ливонского похода, который возглавлял Самойло Кишка, встретились мы с ним. Тогда, помню, наш Конашевич еще молодым сотником был... - Погоди, Яцко, не об этом речь, - перебил его Болотников. - Мы должны разобраться в причинах нашего опасного поражения. Вот Ляпунов будто стоял на нашей стороне, а нынче переметнулся к Шуйскому... - Истома Пашков тоже отправил своих послов к Шуйским, помириться с ними хочет! - крикнул сзади Тимоха. - Этого не может быть! - Нет, это верно, ватаман. Во время боя, когда нам было тяжело, я посылал к Истоме гонцов. - Ну? - Посмеялись над ними, с тем и вернулись. Кабы не брат Яцко со своими казаками, проклятый князь Скопин-Шуйский был бы уже здесь, пришел бы по нашим трупам. И вдруг сразу все заговорили, заспорили, перебивая друг друга. Казалось, будто никто никого и не слушал, все размахивали руками, даже саблями. Обычно так в конце концов и вырабатывалось единое мнение. - Хочу я всем и тебе, ватаман наш, слово молвить! - перекричал всех Тимоха. - Верю, что ватаман наш Ивашка Саевич виделся с царевичем Димитрием, присягал ему, - это так. И также поверил тому, что царевич учился в вотчине Вишневецкого, опирается на украинские полки. А уверен ли