Классика

82 >

   - В Переяслав? - спросил Джулай.
   - Не знаю. Скорее всего нет. Пройдусь по селам и  городам  Левобережья,
расскажу людям правду, а там - может, бог поможет - и в Путивль  доберусь.
Жить нужно, пан Прокофий, Филону и Ванюшке должны мы  проложить  дорогу  в
жизнь! Пойду!
   - Когда же провожать?
   - Завтра на рассвете. Спасибо тебе, браток... Как у родных,  оставлю  у
вас Лукию и Ванюшку. Увидимся ли еще? Да  я...  -  И  Богун  умолк,  долго
подбирая слова, зная, что хозяин  ждет  их  от  него.  -  Думаю,  что  нас
все-таки больше, нежели шляхтичей. Как-нибудь проживу среди людей и уцелею
до прихода лучших дней.



3

   Мартынко охотно отправился в путь  вместе  с  Богуном.  В  летнюю  пору
путешествовать было довольно просто. Частенько широкая  степь  служила  им
пристанищем на ночь, а стог сена - мягкой и теплой постелью.  Голодать  им
не приходилось - кругом были свои, трудящиеся люди. От  села  к  селу,  от
хутора  к  хутору  шли  они,  по  Украине,  направляясь  на  север.  Потом
присоединились к группе вооруженных людей, державших путь  на  Путивль,  и
вместе с ними стали пробиваться к Болотникову. У Мартынка замирало  сердце
при мысли о том, что он вскоре увидит своего отца...
   Семен Пушкарь ушел с донцами сажать  на  московский  престол  какого-то
царевича Димитрия. Немало ему пришлось пережить. Порой он спрашивал  себя:
"Не пора ли уже и домой вернуться?.." Но только спрашивал, а  ответить  не
мог. Еще тогда, когда  женился  на  Мелашке,  хорошо  знал,  какой  пылкой
любовью горело ее сердце  к  Северину  Наливайко.  Мелашка  без  колебаний
согласилась  выйти  за  него  замуж.  Но...   искренне   и   чистосердечно
предупредила, что хоть будет верной ему женой и, если позволит здоровье, с
радостью родит ребенка, чтобы украсить семейную жизнь...  но  не  знает  -
сможет ли заставить свое сердце полюбить еще раз.
   - Будем ждать, Семенушка, и надеяться. Заживут старые  раны,  забудутся
прежние мечты, родятся  новые...  -  говорила  она  ему,  стоя  на  берегу

Следующая

82 >